— Что с ней будет?

— Что… Из сборной её исключат, да и из спорта в принципе выгонят. Ввиду её несерьёзной роли в происшествии, у неё будет два варианта. Первый — пройти курс перевоспитания, получить новую профессию и занять достойное место в обществе. И второй — покинуть Союз и обосноваться в любой капиталистической стране, где её примут. Мы никого насильно не держим. Впрочем, она так и хотела, вероятно, выберет второй вариант.

Я хмыкнул. Внутри шевельнулось нечто похожее на облегчение, вот только изрядно приправленное горечью.

— Мне вот что не понятно, Арсений. Тебе не показалось странным её поведение, а?

— Немного, да, поначалу. Но, каюсь, не придал этому особого значения.

— Не придал, он! — Погрозил пальцем Степан Юрьевич. — Евгения Гришака мы тоже задержали. Он у нас под колпаком, продолжает выполнять свои обязанности, но теперь всё докладывает нам. Вот такие дела, если вкратце.

— А что за секретные данные, можно поинтересоваться?

— Арсений! Ну… Это не профессионально. — С иронией в голосе сказал Ольховский. Он поднялся, подошёл к окну, за которым вовсю разгоралось московское утро, и поправил воротник рубашки. — Сегодня свободен. Завтра жду. Работа продолжается.

— Есть, товарищ полковник. — Я встал, кивнул и вышел.

19 июня 2030 года. Среда. Москва. Ресторан «Орбита». Вечер.

В ресторан «Орбита», что рядом с ВДНХ, я опоздал. Намеренно. У меня не было никакого желания слушать напыщенные речи профессоров, чествования и пустые тосты за «научный прогресс». Внутри горело одно: ещё раз увидеть Алиму. И, может быть, наконец, склонить её на свою сторону. Никто меня об этом не просил. Приказа не было. Но желание стало почти физически неодолимым. Выполнить порученное? Да, в лучшем случае. Хотя на это я уже не надеялся. Непрофессионально? Да, отчасти... Но иногда логика уступает место инстинкту.

Ресторан встретил меня мягким, тёплым светом, ароматом живых орхидей и круглыми столами, покрытыми белоснежными скатертями. Вокруг были в большинстве своём незнакомыми мне лица: студенты, учёные, аспиранты, чиновники от науки. На сцене под незатейливую музыку лихо отплясывал какой-то ансамбль. Оглядев зал, я заметил её. Алима сидела за дальним от меня столом рядом с темноволосым парнем, показавшимся мне смутно знакомым, хотя могу поспорить, что видел я его впервые. Там же был и Павел Волков, увлеченно ворковавший с какой-то блондинкой в зеленом платье.

Музыка резко стала громче. Народ потянулся на танцпол. Волков встал, галантно протянул руку блондинке, и они, улыбаясь, растворились в вихре танца. Алима и её спутник остались за столом. Тут к ним подошла брюнетка в алом эффектном платье с откровенным декольте. Она что-то сказала — из-за гремящих басов уловить слова было невозможно, как бы я ни напрягал слух. Видимо у них произошла некая заминка, они все трое поочередно обменялись взглядами. Парень встал, взял брюнетку за руку и увёл танцевать. За столом осталась только Алима.