На противоположной стене три двери, на каждой небольшой экран с логотипом: «Государственная комиссия по распределению научных кадров» и номерами аудитории: 109, 111, 113.

Над дверьми огромный экран, на котором появляются фамилии и номер аудитории. Чья фамилия вспыхнула, тот встаёт, выпрямляется и заходит внутрь.

В дальнем конце фойе широкая арка, за которой располагается столовая с высокими потолками и круглыми столиками, с ароматом свежего хлеба и травяного чая. Там тоже выпускники. Всех больше ста. Из Монголии, Владимира, Новосибирска, Минска, Алма-Аты… Союз огромный, и наука неотъемлемая его часть.

Я сидела между Пашей и Лизой, нервно подрыгивая ногой. Волнение все нарастало, и скрыть его становилось не так просто. Сердце колотилось, но не от страха перед распределением, а больше от мыслях о ситуации с Дэном.

После того вечера он исчез. Я отправила сообщение: «Прости… мне нужно время». Но он не ответил. Ни вчера утром. Ни днём. Ни вечером. Я всё время провела в комнате с задернутыми занавесками и планшеткой в руках. Лиза не сдавалась. Принесла мне овсянку с мёдом на завтрак. Вечером пришёл Паша. Они седели рядом, ничего не спрашивали, старались просто поддержать. Просто были рядом, пока я рассказывала им о произошедшем.

— Ты не виновата, — сказала Лиза.

— Он поймёт, — добавил Паша.

Мы говорили долго. Постепенно от Дэна перешли к обсуждению будущих планов. Лиза мечтала попасть в НИИ «Кибертрон» или, на худой конец, в другой институт в Новосибирске. Паша смущенно спросил меня:

— Ты… не будешь против, если я… попрошу отправить меня в Новосибирск?

Я посмотрела на него. В его глаза, полные страха и надежды. Он мучился: обещал мне остаться в Москве, быть рядом, но любил Лизу. А любовь это не обещание, а выбор. Ну, или как-то так. Я совсем не была против его выбора. Грустно, конечно, было оставаться одной в Москве. И немного страшно без Паши. Он был рядом, сколько я себя помню.

— Я всецело поддерживаю тебя, — сказала я твёрдо. — Ты имеешь право быть с той, кто смотрит на тебя, как на солнце.

— Но ты… — начал он.

— Я останусь в Москве, — перебила я. — У меня впереди аспирантура, кафедра, исследования. А у тебя — она. Выбирай Новосибирск. И не оглядывайся.

Он кивнул, сглотнул ком в горле. А Лиза взяла его за руку.

И вот сегодня. Мы сидим в этом огромном, светлом фойе, среди сотни судеб. Моя очередь уже близка. А его нет рядом. Страх сжимает мне грудь, не дает нормально вздохнуть. Страх того, что, получив всё, о чём мечтала, я потеряла то, чего не ожидала получить – его... Дэна.