— У вас отличные результаты. Государственный экзамен отлично. Дипломный проект на высоте. Комиссия отметила оригинальность подхода, глубину проработки, потенциал для внедрения в стратегические программы.

Он поднял глаза.

— Где бы вы хотели продолжить свою научную деятельность?

Горло пересохло. Я кашлянула, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Я бы хотела… остаться в Москве, на кафедре теоретической физики и квантовых технологий, и… подать документы в аспирантуру.

Игнат Владиславович прищурился. Потом почесал бороду, будто размышляя.

— А если я вам предложу… взглянуть на список самых перспективных НИИ? — спросил он мягко, но с лёгким нажимом. — У нас есть «Красный кластер», лаборатория «Звёздный квант» в Звенигороде, межрегиональный центр квантовой связи в Новосибирске… даже проект «Марс» в подмосковном технополисе. Везде предоставляется жильё, доступ к закрытым вычислительным ресурсам.

— Я… благодарна за предложение, — осторожно сказала я, — но… мне ближе академическая среда. Кафедра — мой дом. Там… мои наработки, мои данные, мои связи с руководителем…

Он кивнул, но не сдался.

— А НИИ «Кибертрон»? — вмешалась женщина слева, с холодными глазами и бронзовым значком Комитета. — Там как раз запускают проект по нейросетевой стабилизации в открытых системах. Ваш диплом прямое попадание в тему. Сразу вольетесь в работу.

— Я слышала о проекте, — ответила я. — Но… он слишком прикладной. Мне важна фундаментальная база. Я хочу понимать, а не только использовать.

— А закрытый НИИ в Алма-Ате? — спросил другой мужчина. — Там климат, как в Улан-Баторе. Вы бы чувствовали себя как дома.

— Дом — не климат, — тихо сказала я. — Дом — это наука, которую я строю. А я хочу строить её здесь.

Тишина. Игнат Владиславович долго смотрел на меня. Потом улыбнулся. Не как чиновник, а как учёный.

— Вы упрямая, Алима Батуевна.

— Это наследственное, — ответила я.

Он коротко и по-доброму засмеялся.

— Хорошо. Если вы настаиваете, мы не будем вас принуждать. Москва. Кафедра. Аспирантура. Но знайте: двери других институтов останутся открыты. Вы однозначно резерв будущего.

— Спасибо, — выдохнула я. — Я это ценю.

— Давайте поступим так, — сказал Игнат Владиславович, сложив руки на столе. — Аспирантура от вас никуда не денется. Но я бы рекомендовал вас на должность младшего научного сотрудника в один… совершенно закрытый и секретный инновационный центр.

Он сделал паузу, давая мне время переварить услышанное.

— Что скажете? — спросил он.

— Постойте, — поднял он ладонь, видя что я уже набрала в легкие воздух и собираюсь сказать свое нет, — сразу не отказывайтесь. Во-первых, это — острие науки. Теория и практика будущего. Во-вторых, как я уже говорил, аспирантура год подождёт. А вы получите такой опыт и знания, которые просто нигде больше не приобретёте.