Зашла в просторную ванную с мраморной плиткой и большим зеркалом. Разделась. Стала под душ и смыла остатки усталости, дорожной пыли и напряжения последних недель. Вышла, вытерлась, начала одеваться. Натянула узкие короткие шортики, и они идеально сели на бёдра, подчеркнув талию. Потом надела футболку.

И тут заметила, что она обтягивала грудь сильнее, чем раньше. Не то чтобы я поправилась… Скорее, ткань немного села после стирки в общежитии. И теперь соски чётко проступали сквозь тонкую ткань.

Натянула рубашку, не застёгивая, а просто завязав полы на узел спереди, как видела у девушек в журнале «Советская мода». Выглядело… дерзко. Но не вульгарно.

Вышла на кухню. Паша стоял у стола, держа в руках кувшин с остатками вчерашнего компота.

— Проснулась, принцесса? — усмехнулся он, не оборачиваясь.

— Почти, — ответила я. — Ещё не до конца.

Он протянул мне стакан:

— Дэн скоро вернётся. Поехал отвозить маму в аэропорт. Уже едет обратно.

— Отлично, — сказала я, принимая стакан.

Он взял ещё два, для Лизы и себе, и вышел на террасу. Я последовала за ним. Солнце грело плечи. Морской бриз играл полами моей рубашки. Где-то вдалеке слышался гудок корабля. А я чувствовала себя, пожалуй, счастливой.

Пляж. Точнее дикая бухта, спрятанная между скалами, о которой рассказывал Дэн. Пляж был суровым и прекрасным одновременно. Огромные валуны, обточенные волнами, лежали у кромки воды, как спящие великаны. За спиной была отвесная скала, покрытая мхом и редкими кустами можжевельника, а под ногами шуршали тёплые от солнца мелкие камушки.

Мы нашли небольшую площадку почти идеальный прямоугольник между скалой и морем. До волн всего три метра. До скалы за спиной не больше пяти. Как раз чтобы чувствовать себя в укрытии. Разложили вещи. Натянули лёгкий белый, матовый полог над подстилками, чтобы в тени можно было читать или просто лежать, если надоест загорать.

Весь день прошёл в воде, в смехе, в беззаботности. Мы купались, ныряли, строили замки из камушков. Перекусили заранее приготовленными бутербродами с сыром и помидорами, которые мы с Лизой достали из сумки-холодильника.

К вечеру Лиза потянула Пашу за руку:

— Пойдём, погуляем? Хочу посмотреть, где заканчивается эта бухта.

И они ушли, вдоль берега, держась за руки, оставив нас наедине с морем и закатом.

Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая воду в золотисто-розовый оттенок. Я лежала на подстилке и наблюдала, как Дэн вышел из воды. В ярких оранжевых плавательных шортах, с мокрыми волосами, прилипшими ко лбу. Капли стекали по его торсу по рёбрам, по мышцам живота, по загорелым плечам. Он пригладил волосы рукой, стряхнул воду и улыбнулся мне. А потом призывно помахал. Я встала и босиком пошла к нему, чувствуя, как камушки впиваются в ступни, как ветер треплет волосы, как сердце бьётся все быстрее и быстрее.