Не знаю, то ли усталость, то ли количество выпитой «жести» повлияло на мое состояние, а то и все вкупе, но в теплой машине меня разморило, и я проспал всю дорогу до дома. Как хорошо, что я так и не договорился с Лариской и Сашкой о встрече — вторых посиделок я бы точно не выдержал. Хотя со старыми друзьями проще, с ними не обязательно сидеть рядом, можно просто прилечь на диване, если нужно, даже с закрытыми глазами. И говорить всякую чушь, которая расслабляет не хуже, чем сон…
***
Проспал я аж двенадцать часов — раньше такого за мной не водилось, если, конечно, исключить отходняк после гуляний в студенческие времена. А тут, видимо, настолько много впечатлений получил, что организм просто послал меня в пешее путешествие по известному адресу. Что ж, я не против, особенно с учетом прямого приказа Иванова «только отдыхать».
Оглушительно зевнув и рассмеявшись от неожиданности, я с легкостью вскочил на ноги. В голове было ясно, руки и ноги слушались как никогда. Судя по всему, ускоренное восстановление организма сработало в состоянии покоя на полную, а тут еще и усиленная крепость, немного расширившая границы привычного. Я чувствовал себя лет на двадцать и сам внутри посмеялся над таким сравнением — как будто старик, вспоминающий бурную юность. Надеюсь, по-настоящему я буду таким лет через пятьдесят, не раньше. А если — вернее когда! — соберу полную маску…
Голова закружилась, но не от плохого самочувствия, а от перспектив. Надо бы успокоиться и не бежать впереди паровоза, а позвонить Сашке и договориться о встрече. Все-таки лучший друг… Но меня внезапно опередила Лариска.
«Хвост, раз уж ты появился, надо встретиться, кофе попить», — пришло от нее сообщение в мессенджере.
Заодно я проверил созданный вчера Глафирой Степановной чат, не пришло ли там чего-нибудь новенького кроме приветствия и короткого напоминания о новых правилах, однако меня постигло разочарование. Ладно, представим, что у сикигами сегодня тоже выходной. Почему-то несмотря на все рассказы японки и наших режиссеров у меня пока никак не получалось воспринимать эту опасность как реальную. Вот хутхэны — они да, опасные. А сикигами — да даже само это слово сложно произнести, не усмехнувшись!
Быстро согласовав с Лариской время и место встречи, я уже привычно вызвал такси. Ждать его пришлось дольше обычного, потому что ночью, как выяснилось, Тверь накрыло аномальным снегопадом, но в итоге я все равно приехал вовремя. Бросив взгляд на серую легковушку, показавшуюся мне знакомой, я мысленно махнул рукой, проклиная свою паранойю, и открыл дверь, зазвеневшую подвесной «музыкой ветра». Журналистка уже сидела за нашим столиком в той самой кафешке и помахала мне рукой, не отрывая глаз от ноутбука.