— Короче, пожар начался в глубине сцены, — продолжила между тем Лариска. — Потом вскрылось очень много нарушений правил пожарной безопасности, кого-то наказали. А в театре с тех пор есть дополнительный бронированный занавес. В общем, Мишка, ты как хочешь к этому относись, но я начинаю думать, что вы, театралы, народ очень странный… и опасный.
— А ты знаешь, что в Питере есть легенда о станциях с закрытыми путями? — я решил переключить внимание подруги. — Ну, ты понимаешь, это те, где двери открываются параллельно с дверями в вагоны. Якобы при строительстве на каких-то тварей наткнулись, и это теперь вроде как защита от чудовищ, чтобы они не вырвались в город.
— Ха! — неожиданно улыбнулась Лариска. — Хочешь сказать, это то же самое? Броню поставили, чтобы «преисподнюю» закрывать?
— Вдруг в театре тоже живут какие-то твари, и мы, актеры, боремся с ними, — подмигнул я девушке, балансируя на тоненьком льду. Хочешь отвести подозрения, используй частичку правды, ведь в нее поверят не так охотно, как в полную чушь.
— Да ну тебя, Хвостовский! — рассмеялась Лариска. — Я тебе о серьезных вещах говорю, а ты… В общем, береги себя, а то у вашего Иванова и вправду какие-то странные методы — надо же, актеров запирать на сутки без связи, чтобы спектакль репетировать. Может, мне расследование провести?
Филиппова оживилась, перед ее глазами явно проносились скандальные заголовки о режиссере-садисте. «Он держал нас на хлебе и воде, заставляя сутками готовиться к спектаклю по Чехову…»
— Не надо! — я замахал руками. — Лучше что-нибудь хорошее напиши — например, о том, что на этой неделе я играю в «Вишневом саде» молодого лакея Яшу…
Лариска расхохоталась, а я вздохнул с облегчением. Главное, чтобы она, раскапывая жуткие истории про театры, не выкопала себе могилу… Надо будет поговорить с Ивановым, может быть, он предупредит того же Бейтикса, чтобы в случае чего не слишком остро реагировал. Или лучше с Гонгадзе? Мы с ним вроде как теперь знакомы, а с нашим чекистом у режиссера ТЮЗа отношения явно лучше, чем у Артемия Викторовича. Не хочется, конечно, но ради Лариски…
Вскоре к нам подтянулся Сашка, и разговоры на неоднозначные темы сменились обсуждением новой короткометражки — на сей раз авторской, сценарий к которой сам наш друг и написал. А я в очередной раз подумал, что если бы можно было раскрыть секрет общества масок, блокбастер на эту тему получился бы хоть куда.
И снимал бы его, естественно, мой лучший друг.
***
Из нашей любимой «Кофейной лавочки» мы вскоре решили перебраться на квартиру к Лариске. Сашка предложил было поехать к нему в Затьмачье, но идея была дружно отвергнута — слишком уж депрессивным становилось жилище, которое каждую неделю покидала очередная семья. И совсем другое дело — это Ларискина студия в одном из жилых комплексов у сосновой рощи. Диван, телевизор, плита с кофемолкой, и все это в шаговой доступности. Как говорила наша подруга, единственный плюс малогабаритных квартир.