— Не стрелять! И держите строй! — вновь приказал режиссер, кивнув в ответ на реплику помощника Чумного Доктора.
Если бы не вторая его фраза, я бы уже точно не устоял на месте. Но как бы мне ни хотелось помочь Вике, сейчас важнее было продемонстрировать решимость перед хутхэнами. Чертов Денис — как все закончится, он точно получит по морде!
— А-а-а-а-а! — вновь заорала Вика, падая на колени и заваливаясь набок, и я почувствовал, что по моей коже наждачкой прошелся мороз. А что, если это не просто истерика, а реакция на мой чай? Вернее, в ее случае кофе?
— Вы посмотрите на нее! — бородач не унимался даже в крепких руках Костика и Андрея. — Она же ненормальная!
— Прекрати! — сквозь рыдания было почти не разобрать, что говорит Вика.
«А плевать!» — я понял, что больше просто не могу стоять на месте. Да, это неразумно, нелогично, учитывая, что я могу сейчас увидеть. Но я ведь могу и ошибаться… Я бросился к Вике, растолкав остальных масок, проклятый «калаш» мешался, и я вновь закинул его за спину. Девушку трясло, она крутила головой, словно не понимая, где она и что происходит. Но это все еще была Вика. Человек!
— Дай мне руку, — мягко сказал я, протянув к ней раскрытую ладонь. — Не слушай его. Успокойся и встань. Я помогу тебе.
— Мишка, оставь ее! — зло хохотнул Денис. — Посмотри, какая она отвратительная! Тварь!
«Проклятье! Надо было сначала не к Вике бежать, а заткнуть Дениса! — подумал я, наклонившись и прикоснувшись к протянутой в ответ руке девушки. — И чего Панч и Костик до сих пор его не выкинули отсюда?»
— Ты сам отвратительный, — сказал я, успокаивающе поглаживая ладонь Вики. Сама девушка слегка привстала, но подняться окончательно у нее, похоже, не было сил. Я помог ей, и она безвольно упала ко мне на руки. — Да, ты просто мерзок, Бригелла. Я не знаю, что с тобой случилось, но твое поведение недостойно. Недостойно человека! И да, сегодня все прекрасно поняли, кто тут настоящая тварь.
Козлиные ноги Пана, это была не лучшая моя речь, но Ден внезапно и вправду заткнулся. Замолчали и все остальные, только слышно было, как хрипит неразборчиво рация Артемия Викторовича. Я посмотрел в викины бездонные голубые глаза с полопавшимися сосудами. Это было одновременно страшно и красиво, оно завораживало… Как и ее острые зубки, которые теперь хорошо было видно — рот девушки остался приоткрыт после жуткого крика. Сатир меня разбери! Разве у нее были раньше такие клыки? Длинные, слегка загнутые назад…
— Вика, — я позвал ее, и хутхэны по ту сторону портала в этот момент заворчали.