Сикигами захохотал и при этом словно соверешенно не боялся, что мы на него нападем. Он даже позволил себе откинуть голову так сильно назад, будто решил рассмотреть вечернее небо сквозь потолок. Вот бы сейчас броситься к нему и надавить хорошенько на шею…
— Виктория, — желтые глаза, словно среагировав на опасность, метнулись вниз, взгляд пролетел мимо, а потом остановился на все еще лежащей у меня на руках девушке. — Ты еще вспомнишь свое настоящее имя, а пока я буду называть тебя так. Ты готова идти домой?
— Домой… — голос Вики дрогнул. — Разве мой дом — там?
Наверное, у меня сейчас очень сильно расширились глаза, потому что никак по-другому я сейчас не мог отреагировать. Сперва Ден оказался сикигами, теперь Вика… Он хочет сказать, что она — хутхэн? Что, сатир всех порви, происходит? Как это все понимать?
— В наш мир невозможно попасть отсюда, с Земли, — говорил в этот момент сикигами, игнорируя всех остальных, словно тут были только он и Вика. — Поэтому нам нужно сначала пройти через территории черных. Но это уже такие мелочи! Знала бы ты, сколько носителей белой крови в итоге не смогли пройти инициацию. Сколько сдалось, сколько умерло, но ты… Тебе мне даже помогать особо не пришлось. В отличие от некоторых, которых, как оказалось, даже пинками не заставить следовать своей судьбе.
Будь я послабее, у меня бы точно голова закружилась. Но сейчас я только лихорадочно пытался понять, что тут творится и могу ли я что-то сделать. А то, судя по тому, как бывший Ден старательно убеждает Вику, что она и есть какой-то таинственный «белый» хутхэн, она ведь может и поверить… Или стать им… Почему-то, несмотря на уверенный тон сикигами, мне казалось, что еще ничего не кончено.
В этот момент распахнулась дверь, и в комнату с антисценой ворвался Бейтикс. Он был в образе Чумного Доктора, но фон с заунывной музыкой пока что, кажется, не активировал. Сделав с десяток шагов к порталу, возле которого стоял ухмыляющийся Ден, чекист остановился и замер.
— Позволь мне, Артемий, — тоном, не терпящим возражений, он перехватил инициативу в беседе. И Иванов, разумеется, не был против. — Меня зовут Виктор Бейтикс…
— Да знаю я, кто ты, — лениво протянул сикигами. — Можешь не объяснять. Мои требования тебе, я полагаю, должны быть известны.
— Известны, — Чумной Доктор сделал вид, будто не заметил грубого выпада твари. — Теперь послушай мои.
О нет! Если до этого я ощущал лишь легкий пугающий холодок, то теперь тело словно сковало льдом. Неужели Бейтикс пожертвует заложниками, только чтобы обезвредить сикигами? Сатир подери, а с него ведь станется! Дать взорвать их, нас — только чтобы убедиться, что и стоящая перед ним тварь больше не возродится.