Чётко разыгранный спектакль по «отметанию» материальных благ. Он разве не понимал этого? Почему позволил виконту себя обыграть? Неужели так глубоко въелась в его сознание мысль, что рождённый виконтом мужчина достоин лучшего?
— Кто вы, юноша?
— Это никак не относится к вашему делу, месье. Мы с братом проездом в этом месте. И завтра вы, точно окончательно проспавшись, забудете, что нас видели.
— Хозяин корчмы поговаривал, что вы захотели для себя и своего сопровождения всё самое лучшее.
— Возможно. Но что вам до этого?
— Купите у меня то строение в горах.
— Что? К чему оно мне?
— Я видел перстень на руке у вашего старшего брата.
— Видели? Или вам про него рассказали? И вы положились на удачу придя сюда?
— Перстень и коня в придачу. Умоляю. Только это спасёт бедного барона Дамиана Рондо.
Он приподнялся на локтях, полулёжа сверля меня возбуждённым взглядом.
— Зачем вы это делаете, месье? Тот, кто играл с вами, он жульничал, пользуясь вашим состоянием. А затем оставил пьяным, думая: — выживите хорошо, нет туда вам и дорога. Вы всё равно игрок. И не остановитесь, проигрывая всё вновь.
Я кинула ему длинный кусок витого каната из пеньки, что висел на стене.
— Зачем?
— Благороднее будет повеситься, нежели начинать всё сначала. Вы действительно позор своего рода.
Он взвыл, вскочив тут же на ноги.
— Щенок! Я придушу тебя.
Когда же его руки коснулись того места, где была шпага…
Не найдя её, он действительно схватился за верёвку.
— Клинок моего отца! Конь! Имение возле Парижа!
— Вы спустили всё. Я уже говорила это. И всё же я подумаю над вашим предложением в отношении домика в скалах, но с условием. Мне нужно подтверждение, что он действительно вам принадлежит, что вы его не проиграли и не продали за бесценок.
— Нет! Он не произвёл должного впечатления на виконта и его друзей.
«— зачем мне это, почему я пытаюсь обнадёжить это существо»?
Что-то не давало мне покоя во всей этой ситуации. Ответ, конечно же, лежал на поверхности: — нам некуда было ехать, нас никто не ждал с распростёртыми объятиями, мы могли надеяться только на самих себя. И всё же мы отличались от того, что сейчас лежал на полу в конюшне. Он был жалок в своём бездействии, мы же старались. Карабкались что было сил, не позволяя пользоваться собой.
«— возможно, это шанс, нужно только решиться, принять разумом ситуацию, что придётся начать с нуля».
Глава 22
Слова исповеди, они плавно ведут нас по пути самопознания, заставляя остановиться на жизненном пути и задуматься о том, кто мы есть на самом деле. Ведь в признании своих ошибок, словно в таинственном зеркале, негласно отражаются все наши страхи, радости и стремления.