Высчитав, где находится тайник, она упорно упиралась грязными ногами о соседнее надгробие. Находясь будто в бредовом состоянии, вместе с ней сдвинула совсем неприметный могильный камень, который нелегко, но поддался, спустившись в могилу, можно и так сказать, сестра рассматривала действительно родовое наследие, лежавшее в ящиках на полках.
— Смотри, он сказал, что можно будет взять с собой.
— Клэр, ну ты чего? У нас всего достаточно. Кто и что тебе мог сказать? Выходи оттуда.
— А часть золота сегодня, пока река обмелела, здесь оставим на хранение, тяжёлое оно. Украшения из бирюзы и смотри алмазы, как те, что в серьгах твоей матушки, они дороже на рынке и легче в разы. Многое на себя можно надеть под мужскую рубаху. Ведь поутру нужно уезжать, дедушка сказал, что после поздно будет. Он говорил со мной, только никому, хорошо?
— Дедушка?
— Ну да.
— Я сразу его узнала. По голосу.
— Ты веришь в призраки?
— Нет, Рашель. Со мной говорила его душа, а это не призрак. Она мой ангел — хранитель и твой тоже. Я это точно знаю.
— Ты же говорила, что я твой ангел. Вечерами о том шептала.
— И ты тоже.
Отказываясь понимать происходящее, я всё же помогала ей в выборе украшений и монет, других, нежели у нас. Они были старинные, напоминали бляшки с загнутыми и рваными краями, чеканные и потемневшие, но думаю не от времени. Из чистого золота, производили впечатление дорогих монист, что оставила здесь красавица — судьба
Не понимала, как это всё мы унесём и поднимем в свою комнату. Однако надо было спешить, и нижняя юбка сестры оказалась весьма кстати, перстни с бирюзой мы нанизали на шнурок, и Клэр одела его себе на шею. Около пяти ожерелий с огранёнными алмазами холодили мне грудь, крупные браслеты дивной красоты с изумрудами, от них невозможно было оторвать глаз.
— Рашель, послушай мы сейчас выйдем из лабиринта и всё сложим в пустое ведро. Я через кельи с отхожими местами, внутренней лестницей, проберусь к нам в комнату, она как будто специально так расположена. Ты же пройдёшь через гостиную. После принесём сюда основную часть золота, что везли всё это время. Нужно торопиться. Поздно вечером будет подъём воды, она очень редко настолько оставляет вход пустым.
Я не спрашивала, откуда у неё эти знания, не задавала вопросы о том, почему она выбирает то или иное украшение. От всего произошедшего меня бил озноб и мышцы сводило от слабости.
Глава 20
Я с трудом играла роль герцогини де Антрага весь этот день, чувствуя нечто лишнее в своём сознании. Ощущала, что меня словно изгоняют из этого тела, лишая чего-то очень важного и безвозвратно ускользающего. Ведь мы часто не осознаём, что теряем это в процессе нашей беспечной повседневности.