***

Это произошло на следующий день. Я представляла его другим. Господин Манфреди не был стар, лицо его не знало морщин. Плечи не клонились к земле в сутулой осанке. Его года – это полный рассвет сил такого вот удивительного мужчины.

Мне не верилось, что он мог в горести когда-то покинуть этот дом.

После всех приветствий и даров для нас с сестрой в виде удивительных растений в горшочках и сладостей из Марокко, он вдруг заговорил о том, что дело его носит весьма деликатный характер.

- Порой деликатность, она вредит обеим сторонам в разговоре. Моё положение не подразумевает иных встреч синьор. Свидетели необходимы, но уверяю вас всё, что будет сказано в этом кабинете не узнает более никто.

- Ваш супруг, господин герцог де Антрага’. Возможно ли будет в его отсутствие решить вопрос о покупке этого имени? Ситуация изменилась, я хотел бы вернуть недвижимость, она мне досталась от родителей покойной супруги и является наследием для старшей дочери. И я слышал, что опасность для вас миновала. Это была вовсе не оспа. И вы вскоре отправитесь вслед за своим супругом в Мадрид.

- О да. Это несомненно входит в наши планы. Я имею в виду посещение Мадрида. И учитывая, что я покупала эту виллу, будучи ещё не в браке, то могу с уверенностью обговорить сумму её продажи.

У меня было такое ощущение, что покупал он вовсе не родовую ценность, а то, что в ней находится. Возможно, рукописные дневники своей дочери, он будет их искать. Я только предполагаю, но вероятно, мужчина хотел прояснить ситуацию и понять, кто же является отцом его внука.

Думаю, что синьорина Вероника писала о том в дневниках. Но я не хотела знать чужих тайн. А расположившийся напротив, в кресле человек совсем не торопился о них говорить. Он аккуратно всматривался в лик госпожи маркизы. Отводил взор.

А затем вновь...

Любовался.

Но Клэр была далеко в это время, разделяя для себя жизнь на «до и после», вновь обретая себя и теряя, она не вслушивалась в тему разговора.

***

Сделка состоялась через неделю. Наша семья вернула себе практически всю сумму, которую затратила на покупку имения в Пьемонте.

Через месяц выбитый сокол высоко парил на скальном срезе. Мастер постарался, и как он только туда добрался? Большая птица была выложена аккуратно, в стиле мозаики из мраморной крошки всех оттенков розового, белого и коричневого. Высокие кипарисы возле реки удивительным образом делали картину реалистичной.

А глубоко вкопанный в землю крест из мрамора с надписью change toi-même, change le monde... (изменись сам, меняя мир), был состарен и казался памятником о великих делах славных воинов, потомки их будут звать «римляне». И только посвящённые будут знать историю испанского герцога, который бросил умирающую жену на смертном одре.