Увы.

Тенями скользят по старинным замкам их жёны, не позволяя себе даже мысленно осудить вельможного гранда.

Они прячут за спокойными улыбками свои тайные мечты. Совсем немногие из них позволяют себе думать о том, что однажды смогут стать прежними, забыв о строгих правилах и обязательствах. Их руки, в этот момент вдохновенно вышивают полотна «смирения». Совсем немногие из них, не понимая, что может быть иначе, мечтают стать птицами, расправившими свои крылья после долгого заточения.

Когда я увидела протянутую в защитном жесте руку Клэр…

Это произошло…

В тот самый момент, когда она вдруг признала своего супруга в тёмных фигурах, что появились в гостиной, она вскинула руку: - будто упёрлась ладонью в воздух, растопыренными пальцами в знаке «стоп». Всем своим видом показывала, что не хочет видеть маркиза. Положив вторую руку на живот, молодая женщина отступила, показывая, что это только её ребёнок.

Подтверждая это, она решительно и весомо произнесла своё:

- Нет! Я не хочу вас видеть, господа! Сеньор маркиз Диего дель Вильена, немедленно оставьте нас! Уходите!

В этот самый момент мой ребёнок вдруг решил, что его время пришло.

Сказать честно, я не знала, как… Как я смогу его родить. Сколько же он весит, Мадонна?

Откинувшись на кушетку невидящим взором, смотрела в потолок.

«- как они умудрились нас найти»?

Мне нужен был срочно дядя и барон Готье. Я несколько раз говорила Клэр, что при самом плохом сюжете в моих родах они просто обязаны были спасти малыша.

- Он должен родиться, синьора Ромина, только он будет важен для вас, обещайте.

Женщина осторожно кивала. Но не в согласии. Нет.

Немногословная, она раздумывала. Слушала сердцебиение младенца, приставляя к животу старинный деревянный стетоскоп.

Молчала, хмуря брови. А потом шептала, что возможно их сердцебиения совпадают.

Схватки накатывали, давая понять, что всё будет не так просто, как мне казалось все эти девять месяцев. Уверена - ни одна будущая мамочка не задумывается вплотную, как это будет происходить именно с ней. В своих мечтах она уже держит младенчика на руках, испытывая невероятный прилив чувств, они называются материнством. Держит в мечтах, но в реальности совсем не понимает, какой ценой дитя достанется ей.

***

Мадам Марта и кормилица, спасибо им, они подхватили меня под руки в тот момент и шепча молитву, практически отнесли в спальню. Худенькая Ромина же, шурша тёмными одеждами, прищурив взор стремительно шла рядом поглядывая на меня при каждом моём стоне.

Не знаю, сколько прошло времени.

Она преследовала меня.

Боль!

В этот раз я вдруг выгнулась на кушетке, думая, что в таком положении будет легче. Тщетно.