Поток огня стих.

Я лежал, вдавленный в камень, чувствуя, как дымится спина, как саднит лицо, как руки покрыты коркой запекшейся крови. Дышал — рвано, часто, сквозь стиснутые зубы. Каждый вдох отдавался болью в обожженной груди.

Но надо двигаться. Вирр меня ждал.

— Готов, — раздался голос. — Никто бы не выжил. Я такой огонь всадил — там камень плавился.

— Проверить надо, — ответил второй, более осторожный. — Вдруг ушел глубже? Тоннель длинный — мог уползти.

— Куда там глубже? — первый усмехнулся. — Тоннель узкий, огонь все сожрал. Пошли, займемся волком. Хороший зверь, жаль портить шкуру огнем. Но ничего: бок подпалили, остальное целое. Хороший трофей будет.

Ярость плеснула в груди горячей волной, перекрывая боль.

Я рванул вперед, забыв про ожоги, про боль, про то, что каждая мышца горела огнем. Полз, работая локтями и коленями, наверняка сдирая обожженную кожу о камни, но не чувствуя этого. Только вперед. В ушах стучала кровь, в глазах темнело от напряжения, но я полз.

Свет впереди — выход. Я вывалился из тоннеля на свет, выбрался из ямы на уровень земли, вскочил на ноги.

Двое, мужчины. Оба в легкой дорожной одежде: темные куртки, штаны, удобные сапоги. Никаких опознавательных знаков, но мне в любом случае было плевать. Оба на поздней стадии Сердца Духа.

Один держал в руках огненный шар, готовый к броску, — пальцы светились изнутри, энергия пульсировала в такт сердцебиению. Второй, с коротким мечом, прицеливался для удара, ноги в широкой стойке, готовые к рывку.

А между ними метался Вирр.

Он был в ужасном состоянии. Шерсть на боку была выжжена до мяса, из раны сочилась кровь, смешанная с сукровицей. Передняя левая лапа поджата — видимо, зацепили мечом.

Но он не бежал, не прятался. Наскакивал, используя скорость, бросался то на одного, то на другого, заставляя их отвлекаться от тоннеля. Рычал, щерил клыки, финтил. Прикрывал мой выход.

Знал, что я там, что выжил.

Маг с огнем выпустил шар. Вирр ушел в сторону — кувырок через бок, скулеж до боли, приземление на три лапы, — шар ударил в дерево, разбрасывая щепки и выжигая кору. Второй рубанул мечом, целя в шею. Волк отпрыгнул, но лезвие зацепило бок, и Вирр снова взвизгнул, откатился, оставляя на траве темный след крови.

Я рванул вперед.

Мешочек с травами оторвал одним движением, бросил в сторону — лишний вес сейчас не нужен. Топор лежал там, где я его оставил, — у рюкзака. Схватил на бегу.

Белое пламя внутри взревело, заливая тело жаром. Боль от ожогов отступила на задний план, сменившись полыхающей яростью. Маги заметили меня, только когда я был в пяти шагах.