— И что? — спросил я. Голос прозвучал ровно, без вызова.

— И то. — Игорь развел руками, и в этом жесте была какая-то обезоруживающая искренность. — Он ведь все равно тебя поддерживал. Поверил в тебя. Вложился. Не как в чужого, а как в своего. Рисковал, тащил, не жалел ресурсов. — Он помолчал, глядя на лампу. — Я даже позавидовал, если честно. Но потом подумал: у меня с детства было все. Ресурсы, учителя, защита рода, имя. А у тебя — ничего. И ты сам пробился. С нуля. Если бы я начал как-то мелочиться из-за того, что у тебя есть то, чего нет у меня, это была бы просто грязь.

Он отпил еще чая, поморщился — остыл уже.

— Но сейчас я понял кое-что другое. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Червин поддерживал тебя не только потому, что он такой честный мужик. А потому, что ты тот, кто заслуживает поддержки. Потому что ты сам готов платить тем же. Не словами, а делом.

Игорь кивнул на мешочек.

— Я бы на твоем месте ни за что не отдал столько. Ведь у нас не было никаких официальных договоренностей, у тебя нет никаких гарантий, кроме моего слова. А в дворянской среде слово часто ничего не стоит. Мы привыкли торговаться, выгадывать, переигрывать. А ты просто поверил.

Он откинулся на спинку стула.

— Ладно. Теперь скажи: зачем тебе Вязьма? Что ты там хочешь?

Я смутился. Внутри кольнуло — похвала Игоря была неожиданной, а главное, немного неуместной. Ведь я буквально сегодня утром не планировал отдавать ему двадцать пучков. Думал о трех-четырех, не больше. Но вслух, конечно, ничего не сказал. Только кивнул, принимая комплимент, и ответил на вопрос:

— Цель простая. Основать свой клан.

Игорь ухмыльнулся. Не насмешливо, а скорее одобрительно, даже с каким-то уважением.

— А я-то думал, что у меня амбиции высокие. — Он покачал головой, и в этом жесте была смесь самоиронии и удивления. — Похоже, я себя переоценивал.

Помолчал, глядя на мешочек с травами. В свете лампы фиолетовые листья отливали темным бархатом. Он провел пальцем по ткани, будто проверяя, не сон ли это.

— С таким подарком победа у меня в кармане. — Голос звучал уверенно, но без бравады. — И я уже знаю, на кого потрачу право «года тишины». — Он посмотрел на меня многозначительно, и в этом взгляде читалась холодная решимость. — Евгений давно напрашивался. Пора платить по счетам.

Я кивнул. Логично и заслуженно.

— Но все травы отцу я не отдам, — продолжил Игорь, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. — Налаживать с ним отношения поздно. Да и я, в отличие от тебя, не настолько великодушен, чтобы раздаривать такие богатства. — Он усмехнулся, но в усмешке не было злости, только констатация факта. — Большую часть оставлю себе. Попробую прорваться на Первый Круг в ближайшие годы. С такой концентрацией шансы есть.