— Когда сможешь встать, — сказал я, присев перед ним на корточки, — свали куда подальше. И больше не попадайся мне на глаза.

Не став убеждаться, что он меня услышал, я развернулся и пошел обратно, к центру двора, оставив его лежать в грязи и его личном аду.

— Организовать общий сбор! — мой голос прозвучал громко, железно, перекрывая последние стоны и приказы. — Все, кто может ходить, кто не на посту возле пленных или раненых, — здесь, у трактира, через четверть часа!

— Есть! — Марк отозвался сразу.

Я повернулся и направился к двери в трактир, а оттуда к лестнице, ведущей в подвал. Мне нужно было поговорить с Романом и Климом.

В отдельном закутке, вход куда был далеко не у всех, располагалось четыре небольших камеры. В одной из них сидели бухгалтеры Ратникова, с которыми мы до сих пор иногда консультировались по поводу разных непонятных активов Стеклянного Глаза.

В другой камере Роман и Клим сидели на полу, спинами к холодной каменной стене. Их ноги были скованы короткой, но толстой цепью, прикованной к заржавевшему железному кольцу, вбитому в пол.

Оба выглядели измотанными, немытыми — видно, что здесь их не баловали. Роман при моем появлении напрягся, как пружина, его взгляд стал острым и враждебным. Клим лишь тяжело поднял голову, его лицо выражало усталую апатию.

Я остановился перед решеткой.

— Лисий Хвост и Обжорный Крюк только что напали на «Мишку». Полномасштабный штурм, с поджогом. Мы отбили. Лисицын мертв. Борщ сбежал.

Клим медленно кивнул, будто ожидал чего-то подобного. Роман хмыкнул, его губы искривились в усмешке.

— И что? Нам теперь жалеть вас, что ли?

— Нет. Но ситуация в целом изменилась. На нас давят Роканиксы из Морозовска. Пятьсот тысяч или война. Сейчас не до внутренних разборок, не до дележа власти. Червонной Руке нужна сила. И она должна быть сплоченной.

Роман смотрел на меня с той же язвительной усмешкой, но в его глазах запрыгали мелкие острые искорки.

— И ты, такой важный, пришел сюда, в подвал, просить нашей помощи? Молить, чтобы мы встали под твои знамена?

— Я пришел предложить выбор. — Мои слова прозвучали ровно. — Отбросить старые счеты. Перейти под прямое руководство Червина. Работать вместе против Роканиксов. Объединить остатки людей, активы, информацию. Или…

— Или что? — выпалил Роман, наклоняясь вперед насколько позволяли цепи.

— Или вас выгонят из города. Сегодня же. Содержать вас здесь, кормить, сторожить — трата ресурсов. А сейчас на счету каждая копейка.

Клим вздохнул — звук вышел тяжелым, усталым. Он посмотрел на Романа, потом перевел взгляд на меня.