— Вибрирует? — переспросил он, и уголок губы дернулся в привычной ухмылке. — Может, он просто боится вашего перфекционизма? Я бы на его месте тоже трясся.
— Посмотрите, пожалуйста. Вы же… разбираетесь в технике.
Я вложила в эти слова всё уважение, на которое была способна.
Он посмотрел на меня внимательно. Кажется, понял, что я что-то услышала. Но не стал язвить.
— Гляну, — кивнул он. — После обеда. А пока… Серёга, наливай даме чаю. У неё вид такой, будто она привидение увидела.
— Не привидение, — тихо ответила я, беря пинцет. — А просто… айсберг. У которого под водой девяносто процентов сути.
Михаил замер на секунду. Потом хмыкнул, покачал головой и вернулся к своему лосю.
Но я заметила, как бережно, почти нежно он коснулся своего шрама на запястье, прежде чем снова взяться за топор.
* * *
Гляциолог — учёный, специализирующийся на изучении ледников и ледяных покровов.
Глава 14
День начинался подозрительно идеально. За окном сияло редкое карельское солнце, а у меня в сотейнике плавился изомальт. Я создавала декор для вечернего десерта — прозрачные, хрупкие спирали, которые должны были имитировать застывшие водопады Кивача.
Тишина, концентрация, температура сто шестьдесят градусов. Дзен.
— Тсс… — прошептала я сахарной нити, вытягивая её пинцетом. — Не дрожи, замри и будь стеклом.
Справа, в «Тёплой зоне», Михаил занимался чем-то возмутительно громким. Кажется, он отбивал мясо. Или чинил табуретку. Звуки были идентичными.
— Михаил, — не оборачиваясь, произнесла я.— Можно по тише? Вибрация разрушает кристаллическую решетку сахара.
— Это не я, — отозвался он. Голос звучал настороженно. — Я вообще лук режу. Бесшумно, как ниндзя.
Я замерла. Если это не Михаил, то кто стучит?
Звук доносился из угла, где за огромной чугунной плитой прятался «Бегемот». Старый, ржавый, окрашенный в десять слоев масляной краски бойлер на двести литров, который обеспечивал кухню горячей водой и, кажется, связью с потусторонним миром.
Потом наступила тишина, какая бывает в фильмах ужасов перед тем, как монстр выпрыгнет из шкафа.
— Ложись! — рявкнул Михаил.
Я не успела спросить «Зачем?» и даже не успела подумать, что на полу грязно.
Раздался свист, похожий на взлёт истребителя прямо внутри помещения. А потом мир исчез.
Хлопок был таким, что у меня заложило уши. Кухню мгновенно, за долю секунды, заволокло густым, плотным, горячим паром. Видимость упала до нуля.
— Мой изомальт! — взвизгнула я, инстинктивно прикрывая сотейник собой.
Горячий влажный воздух ударил в лицо, моментально превратив мою идеальную укладку в мокрое воронье гнездо. Дышать стало нечем. Влажность сто процентов. Температура как в хаммаме, в который поддали пару прямо из преисподней.