И как только он сохранился в хорошем состоянии, несмотря на двухлетнее пребывание в руках варваров? Алексей чуть не поперхнулся, сообразив, что в мыслях называет захвативших его аборигенов — варварами. Похоже, эллинский снобизм незаметно проник и в его сознание. Ну а как их можно еще назвать?.. Тем не менее, было похоже, что идеальные формы оружия вызывали у них уважение. Леше показалось, что варвары так и не догадались, как им пользоваться. По крайней мере, на арбалете не было явных следов износа, а все болты оказались в сохранности, исключая ту пару, которую Леша потерял сразу после переброски. Скорее всего, аборигены не сумели разобраться с рычаговой системой взвода. Оптический прицел, спрятанный в тайнике, тоже отлично сохранился. Последние месяцы Леша старался практиковаться в стрельбе как можно чаще. Сейчас это должно было ему пригодиться.

Хвала богам! Просто почудилось. Алексей облегченно выдохнул, собираясь продолжить подъем. Но взволнованная трескотня сороки, перепорхнувшей на стройный клен, возвышающийся над зарослями лантана, заставила его нахмуриться и снова припасть к окуляру. Его спутники замерли в напряженном ожидании. Казалось, что Лешина тревога передалась и им. Проклятье! Кажется, на холме все-таки кто-то есть… Что же делать? Леша растерянно оглянулся.

С этой точки холм закрывал большую часть обзора, и было невозможно обнаружить пелопоннеский резерв, если, конечно, он существовал на самом деле. Да и сигнал отсюда послать невозможно. Дым просто не будет виден на фоне холма. Кроме того, нельзя давать подобный сигнал без полной уверенности в существовании опасности. Ложная тревога отвлечет существенную часть афинских войск, ослабит их натиск на основном направлении и в итоге может привести к поражению. Но если не подать сигнал в случае реальной опасности… Тогда эта битва вообще может закончиться катастрофой. Остается идти вперед… Но скрытно. Быть может, наблюдатели на вершине холма еще не заметили его отряд? Для начала следует уйти с тропы и рассредоточиться…

…

Кажется, уловка удалась. Подобравшись ближе, Леша сумел разглядеть несколько человек, притаившихся за кустами. Впрочем, нельзя было однозначно утверждать, что пелопоннеские наблюдатели сидели в засаде и ждали именно их. Скорее, они просто старались действовать скрытно.

Алексей вскинул арбалет, сделал глубокий вдох, поймал одного из пелопоннесцев в прицел и затаил дыхание. Выстрел!

Проклятье! Арбалетный болт ушел влево и зарылся в землю. Резкий щелчок спружинившей тетивы всполошил стаю скворцов, и они с тревожными криками взлетели с соседнего дерева. Озабоченно хлопая глазами, Лешина цель выглянула из-за дерева. Юноша крутил головой, пытаясь понять, что происходит. Леша отчетливо видел в прицел его удивленное лицо. Торопливо юркнув в кусты, Алексей потянул рычаг, натягивая тетиву. Еще один болт. В этот раз нельзя ошибиться! Он поймал на себе разочарованные взгляды своих бойцов и сердито прикусил губу.