инструмент, ты начинаешь с техники. Гаммы, простенькие песенки и нудные этюды — вот первый этап. Далее идут вещи посложнее: части больших произведений — к примеру, увертюра или партия в симфонии. И надо быть редким мастером, чтобы дорасти до импровизации и написания собственных музыкальных произведений. У воров похожие принципы. — Они тоже играют гаммы? — не удержалась я от капельки сарказма. — Не передергивай, детка, — строго глянул Тони. Предки, как же меня раздражает это его «детка»! Руки прям сами просятся огреть за фамильярность по темечку. — Все воры начинают с кошельков и постепенно переходят к красивым аферам. Чаще работают двойками: наставник и его подмастерье, встречаются одиночки или сработавшиеся для дела тройки. Мы перешли улицу Большой Магический тупик, где в доме номер 13 обитала я, свернули в жилую часть района и прошли через обрушенную временем арку. — Для крупных афер лидер собирает команду, — продолжал делиться мудростью Тони. — Обычно достаточно пяти игроков: Мастера Масок, Нерда, Мошенника, Взломщика и Мускулов. Кого-то вроде Специалиста по возврату, но на худой случай подойдет и обычный здоровяк, умеющий драться. И снова какая-то улица, тесный проход между домами, размокшая тропинка во внутреннем дворе многоквартирного дома. Я едва поспевала за размашистым шагом. — Такие команды собираются для очень крупных дел. Сначала проворачивают дело поменьше. Сама понимаешь: надо сработаться и отладить взаимодействие внутри. Ой, да куда уж мне с моими-то энциклопедическими знаниями о правильном и хорошем справиться с этой мыслью?! — Главное правило — работай быстро и не светись. Вот почему Золоград слишком мал для крупных игр, здесь негде затеряться, все друг у друга на виду. Вот тут я бы с ним поспорила. Вопреки стереотипам о маленьких городах, золоградцы не очень-то спешили узнавать соседей и запоминать обитателей соседних улиц. Да я сама могла вспомнить от силы лишь половину своего выпускного класса. И то с помощью альбома и Кая. Молчу про соседей и обитателей улицы Великих Домов. — К счастью для тебя, в Золограде кое-что намечается, — Тони, наконец, прекратил куда-то стремительно идти и остановился. — Нечто такое, что привлекло внимание очень крупных специалистов своего дела. Я огляделась по сторонам и только тут сообразила, что мы — напротив театра. Того самого театра, куда затащил меня ракшас ради «Облака в кетчупе». Того самого центра драматургии, где я опозорилась перед всем зрительным залом, даже не поднимаясь на подмостки. Но сейчас не