– Вроде Серков ничего так мужик, хоть и дотошный, – осторожно ответил я.

– Не якшайся с ним, все они одним миром мазаны. Я вообще всю их братию в погонах терпеть не могу, как вижу – на другую сторону улицы перехожу, да вслед плюю, – зло высказался Однорукий, энергично потрясая большим кулаком с зажатым в нём кнутом. Смотрелось угрожающе.

– А почему ты так милицию не любишь? – полюбопытствовал я.

– Да не только их, а вообще всех, кто в форме ходит, ну кроме врачей и пожарных – вот те действительно хорошим делом заняты. А про погонников… может, как-нибудь и расскажу, коли душа попросит.

На этом разговор иссяк: было заметно, что у Ивана ощутимо испортилось настроение – видимо, накатили какие-то дурные воспоминания из прошлого. Я не лез ему в душу, так как очень дорожил хорошими отношениями с пастухом. Он был единственным взрослым, кто видел во мне не только мелкого несмышлёного пацана, неспособного самостоятельно даже шнурки нормально завязать.

Дальше пошли молча. Постепенно и у меня угасла радость летнего дня. В душе поселилось непонятное чувство тревоги, которое то нарастало, то утихало. Захотелось встретить Вялова и насовать ему в рожу, пустить юшку и повалять в пыли. Одёрнул сам себя – и чего это я раздухарился так? Одна победа в нашем затяжном конфликте ещё не показатель, а общий счёт-то в его пользу. Так и топал до выпаса, периодически сжимая кулаки.

***

После обеда я обходил поле по периметру, следя за тем, чтобы коровки слишком далеко не разбредались. Наступило самое пекло. Мы с Иваном недавно пообедали, и я, наслаждаясь прогулкой, заодно восстанавливал слитую на тренировки Энергию. Однорукий, всадив свою обычную порцию мутняка, которая и взрослого бы отправила в нокаут, а меня бы попросту убила на месте, валялся под невысокой берёзой – шляпу на лицо в такую духоту ему набрасывать не хотелось: выручала тень от дерева.

За последние дни я неплохо наловчился работать своим коротким кнутом – надо же было как-то убивать скуку, большую часть времени дня ожидая перезарядки. Коровы ко мне попривыкли, я к ним тоже – мы не досаждали друг другу, и всё всех устраивало.

Сегодня у меня пошаливали нервы: мухи слишком раздражающе жужжали, коровы громко мычали, трава цепляла ноги, а жара и полное отсутствие ветра просто выбешивали. Дойдя до небольшой рощицы, которая обозначала край выпаса, я повернул налево, замыкая воображаемый периметр вокруг стада, как вдруг увидел вдалеке телегу и несколько фигур рядом с ней. Казалось бы, обычное дело: ну выехали мужики на покос, пусть ближайшая грунтовка и была отсюда на приличном удалении, но что-то в увиденном меня насторожило – ещё не осознаваемая неправильность зацепила разум. Решив разузнать поподробнее, я чуть отклонился в сторону и начал аккуратно подкрадываться к телеге.