— Загружаемся! — выдохнул Дивин. — Шафиев, помоги парашют надеть.

— Товарищ командир, Батя, — аккуратно тронул его за плечо моторист.

Григорий обернулся. К нему неторопливо шел подполковник Шепорцов.

— Принесла нелегкая, — досадливо чертыхнулся вполголоса экспат. — Товарищ подполковник…

— Вольно, — не дал ему договорить комполка. — Молодец, быстро добрался. Я чего пришел: только что получена информация о том, что противник пытается организовать погрузку на суда. Как-то провели они в гавань несколько кораблей. Твоя задача нанести по ним удар. Поведешь эскадрилью. Метеорологические условия над целью сложные. Но у меня приказ командующего. Не подведи, Григорий Иванович.

— Есть.

«Бостон» сорвался с места и, подпрыгивая на неровностях почвы, направился к взлетной полосе. На бетонке дело сразу пошло веселее — тяжело нагруженная машина плавно покатила вперед, набирая скорость. Легко оторвалась от земли, мигнула аэронавигационными огнями, подавая сигнал взлетающим следом за ней ведомым, и полезла вверх по пологой траектории.

Земля быстро проносилась под бомбардировщиками. Вряд ли другие летчики могли рассмотреть землю также хорошо, как экспат. Но Григорию с его чудо-зрением было отлично видны следы недавних кровопролитных боев, что бушевали здесь еще совсем недавно. В степи тут и там стояли разбитые и сгоревшие танки, самоходки, автомашины и другая боевая техника. И фашистская, и советская. На зеленом ковре молодых весенних трав чернели уродливые пятна сожженных, уничтоженных поселков. Кое-где еще тянулись вверх сизые дымные столбы.

По дорогам, ведущим к линии фронта, двигались длинные колонны наших войск. Резервы пехоты, обозы с боеприпасами, выкрашенные в защитный зеленый цвет «ГАЗы», «Студебеккеры» и «ЗиСы».

Передовая появилась неожиданно. Она сверкала в ночи вспышками орудий, разноцветными пулеметными трассами, кострами горящей техники и зданий. Дивин невольно присвистнул, оценив на глаз огромную глубину и площадь идущих боев.

— Штурман, сколько до цели?

— Десять минут.

— Принято.

Еще десять минут и «бостоны» обрушат на фашистские транспорты содержимое своих бомболюков. Дивин зло осклабился. Ишь, чего удумали, бежать. Нет, ребятки, не выйдет.

— Кощей, я «Рассвет-1»! Кощей, я «Рассвет-1»! — прорезался вдруг в шлемофоне далекий голос авианаводчика.

— Слушаю, — отозвался экспат. Что-то показалось ему странным. Но что?

— Кощей, немедленно поворачивайте на запасную цель. Слышите? Немедленно поворачивайте на запасную цель! — надрывался незнакомый голос офицера станции наведения.

Ага, вот оно!