— А у вас в полку разве не «ильюшины»?
— У меня — «илы», — подтвердил Ян Викторович. — А вот в братском полку на вооружении как раз «американцы».
— Дайте угадаю, — усмехнулся экспат, у которого в голове щелкнули, провернулись невидимые шестеренки и картина предстала во всей красе. — Топмачтовому бомбометанию обучаетесь?
— А ты откуда знаешь? — подпрыгнул на месте подполковник и покрутил головой, глядя, не стоит ли рядом с ними кто-нибудь посторонний. — Это ведь секретная информация!
— Вы сейчас серьезно? — Григорий посмотрел на командира полка с нескрываемой иронией. — Может, еще в шпионы меня запишите? Валяйте. Трибунальцев позвать? Они как раз сейчас за этой дверью находятся.
— Но откуда?
— Василий Сталин недавно рассказывал, — легко соврал экспат. Нет, ну не станешь же говорить правду о Махрове и его энциклопедии из будущего. Не поймет Мечайкин. А к сыну Самого за объяснениями вряд ли сподобится обратиться. Главное, что даже, если и напряжет подполковник полковых особистов, а те сунутся проверять, то в итоге лишь смогут подтвердить, что Григорий на самом деле общался с младшим Сталиным. А уж о чем они там говорили…поди, знай!
Ян Викторович закашлялся, услышав столь неожиданный ответ. А потом, вытирая выступившие на глазах слезы, улыбнулся через силу слегка вымученной улыбкой:
— Силен! Штурманул из всех стволов. Ну, тогда еще проще все: если ты знаешь, к чему нас готовят, то можешь присоединиться. Только учти — дело новое, незнакомое, мы в процесс освоения, так сказать.
— Всегда любил учиться чему-то новому, — ухмыльнулся Григорий. И взял быка за рога. — Штурмана, что может хорошо ориентироваться в полетах над морем, найдете?
Ответить подполковник Мечайкин не успел.
— Товарищ майор, а зачем вам штурман? Вы что, собрались куда-то лететь?
Дивин обернулся. На пороге дома стоял капитан Лобнер. И сверлил экспата откровенно подозрительным взглядом.
Глава 12
— Я категорически возражаю! — капитан Лобнер упрямо наклонил голову и подался вперед. Так, будто готовился броситься на своего оппонента врукопашную.
— Вот уж кого забыл спросить, — насмешливо фыркнул экспат. Григория откровенно забавляла нелепая попытка склочного трибунальца запретить ему летать.
— Зиновий Иванович⁈
Майор Цыбенов благостно улыбался, неторопливо переводя ничего не выражающий взгляд черных глаз степного Будды с Дивина на Юрия Олеговича и обратно. Казалось, он просто наслаждался всем происходящим.
В принципе, с учетом откровенно неразвитой местной индустрии развлечений — по меркам Дивина и его мира, разумеется, — вполне может быть, что председатель трибунала на самом деле воспринимал перепалку подчиненных как неожиданное шоу.