— Идиот! — шумно фыркнул полковник. Но уже не столь зло, как раньше. Видать, остыл немного. — Форменный идиот! У меня же истребители! Это ведь ласточка, птичка — фьюить, и в вышину! Любого «месса» или «фоку» влет сшибает. А если бы еще и ночью, так мы с тобой таких дел наворотили бы! Скажу тебе по секрету, Яковлев обещал новую модель скоро представить, еще лучше прежних. Может быть, передумаешь? Гляди, я за тобой бегать не буду!

— А вы знаете, товарищ полковник, что идею создания штурмовика высказал сам товарищ Ленин? — коварно улыбнулся Григорий, решив взять собеседника при помощи нового аргумента.

— Ленин? Врешь! — ошалел младший Сталин. Прищурился недоверчиво. — Когда это он такое говорил, не помню что-то?

— Ну, как же, — покровительственно улыбнулся экспат и мысленно поблагодарил Багдасаряна — не зря им комиссар головы морочил на своих политинформациях, ой, не зря! — Сохранилась записка от начала сентября 1919 года. В ней Владимир Ильич написал о необходимости борьбы с конницей Мамонтова на Южном фронте. И, в частности, настаивал на том, что Красной Армии нужен такой аэроплан, который летал бы совсем низко над землей и атаковал врага. Ведь против подобного самолета в этот момент никто ничего сделать не может. Разве не про штурмовики сказано?

— И что, сделали такой самолет? — со скепсисом спросил Василий Иосифович.

— А как же! — с жаром ответил ему Григорий. — Целый авиаотряд создали для борьбы с вражеской кавалерией. Летчики действовали исключительно с малых высот и расстреливали белогвардейцев из пулеметов, — доложил Дивин. — Сильно помогли этим конникам Буденного, между прочим. А, заодно, дали основу для последующей разработки тактики создания и применения штурмовой авиации. А вы говорите: «Истребители»!

— Эк, завернул! — крякнул полковник. — И не подкопаешься. Язык у тебя подвешен, что надо. Убивать пора, майор. Кстати, мог бы и поблагодарить — это ведь я отцу намекнул, чтобы тебе звание дали. Надеялся, что у меня в дивизии на хорошую должность сядешь. Эх, да что с тобой говорить теперь! — он разочарованно махнул рукой и полез за папиросами в карман шинели.

Дивин непроизвольно улыбнулся. Да уж, съездил, называется, к Верховному на дачу! Нежданно-негаданно вместо четырех маленьких звездочек на погонах получил одну большую. Товарищ Сталин счел, что такой заслуженный летчик должен иметь более солидное воинское звание. Ага, так и сказал: «заслуженный». Дескать, даже союзники оценили талант и воинское мастерство Григория, наградив его высокими орденами, а руководство советских ВВС почему-то зажимает.