Василиса вышла из избы, понимая, что в избе оказалось холоднее, чем на улице. Постучав в соседнюю избу, она увидела на пороге хозяина. Немолодой мужчина выслушал ее, опасливо глядя на посох, а потом вздохнул и пригласил в дом.

– Что ж вы по ночам ходите? – буркнул он, ковыляя к печке поближе.

В это избе было хоть немного уютней. И печка грелась. И кот на ней нежился. Завидев василису, кот прошипел и спрятался за печь. Василиса краем глаза заприметила, что не кот это вовсе, а домовой.

«Интересно, а хозяин знает?», – подумала она,

– А что сказать? – спросил хозяин. Он был уже не молод. В бороде отчетливо виднелась проседь. Лицо было сморщенное, зубов не хватало. – Хорошая семья жила раньше. Помню, молодые были. Девка – просто сказка, как хороша. На тебя похожа. Мотрей звали. Волосы такие же, как снег белые. Прямо Снегурочкой звали. И под стать жених сыскался. С достатком. Я тоже к ней сватался, да от ворот поворот получил. Гол как сокол был! Да и сейчас не богаче. Ну, поженились они, зажили. Тут бы детей, а все нет. Мертвенькие рождаются. Там видали голбцы? Вот, это все их дети! Вот радости было, когда дочка родилась. Ждана. И живехонькая! Уже не надеялись и не чаяли. А потом заболела. Совсем кроха.

Василиса слушала внимательно. В старой избе уютно горела печь. Где-то жалобно мычала корова.

– Видать, по лесу что-то шастает, – с досадой отвлекся хозяин, выглядывая в оконце. – Корова – верный помощник. Она все чует! Все слышит! Они, коровы, поди умнее людей бывают!

В оконце стучали ветки. Ягиня всегда говорила, что горе людское мимо себя пропускать надо. И истории все к сердцу близко не принимать.

Только василиса этого не умела.

– Лежит дочечка и не растет! – заметил хозяин. Василиса отломила краюху черного хлеба и положила ее в рот. Иван чай в горшке, налитый хозяином, согревал ее. – Голова большая, а ручонки – ножки маленькие. У нас тут ни знаткой, ни ведьмы не было… Ну да ладно! Много детей уродцами рождались. Видать, судьба такая. А красоту с девки, как корова языком слизнула. Потухла, отцвела. Была девка – красавица – стала баба уставшая. Все вокруг этого дитя носится! Поговаривают….

Мужик голос до шепота опустил.

– … что мужик ейный узнал, что не дите енто, а бес! – произнес хозяин. – Он-то везде ездил. И в посадах частенько бывал. К тому же до Белого Посада здесь рукой подать! Пришел он, значит, да давай ей доказывать, что не дите это, а бес настоящий! Что дите –то утащила сила нечистая! А Мотря его и убила, когда руки протянул к дитю, чтобы в печурку его бросить. Вот и осталась одна с бисяком своим. Мы ее стороной обходим…