– Я иду к любимому… – прошептала она, словно из последних сил. Ее рука, сжимающая одежду княжича, дрожала. – К нему…

– Нет там твоего любимого, – послышался голос ворона. Он провел рукой по волосам, словно пытаясь убаюкать ее. – Нет его там и не было…

– Что значит, не было, – прошептала Василиса Черная. Она даже не нашла силы задать вопрос.

– Я был тем парнем, с которым ты жила, – после глубокого вздоха произнес ворон. – Я им был… Я им оборачивался для тебя…

– А рука с колечком? – прошептала Василиса Черная. Каждое слово давалось ей с трудом.

– Первая попавшаяся, которой мое кольцо подошло… Я хотел тебе сказать, когда мы победим… Признаться во всем… – шептал ворон, держа ее голову на своем плече. Он обнимал ее двумя руками.

– А ну марш все по углам! – прорычал голос князя, казалось, на весь лес. – И чтобы носа не показывали!

– То есть… То есть… – задыхалась Василиса Черная. Она разволновалась. Ее темные глаза лихорадочно блестели. Но договорить она не успела. Силы покинули ее, и она стала медленно сползать.

– Отец! – послышался каркающий голос ворона. Он был в ярости. Он бережно положил безвольную голову Василисы Черной на пол.

– Зачем бросаешь меня! – тряс ее ворон. Он пытался ее поцеловать, вдыхая в нее туман, но она лишь дергалась. – Не смей! Не пущу по Калиновому Мосту! Не пущу…

Он исчез, а Василиса Черная, так и осталась лежать на полу, окутанная туманом.

– Там и сидите, – послышался страшный голос князя. Огромный великан сделал в воздухе знак, словно закрывает двери. – Подумаете над своим поведением. Потом, быть может, выпущу! Обоих! Я – то все вижу.

Когда невидимый ключ повернулся в замке, туман сомкнулся, а василиса дёрнулась, словно по залу пробежала волна силы.

«Живой или нет? Живой или нет?» – гадало сердце. И замирало от страха.

– Тут я, – послышался уставший голос, а сердце радостно встрепенулось. Филин влетел в княжий терем и сел рядом с василисой. Она прильнула к нему, бережно отдавая цветок папоротника.

– Ну что, сын, – послышался голос князя. – Один ты у меня остался, получается…

– А Сокол? – спросил княжич, вставая между отцом и василисой.

– Не прощу ему. Силы лишу. Пусть среди людей валандается, – произнес князь. – А ты мои наследником будешь… Выбирай награду…

– Василису, – сразу же произнес филин. Василиса широко распахнула глаза. Горящие навьи глаза князя смотрели на нее.

– Нет, – послышался голос князя. – Только не василису.

– Она же наполовину навья! – возразил княжич.

– И ты туда же!!! – загрохотал отец, а стены едва не содрогнулись. – Любую другую награду! Только не ее! За то, что она сделала – благодарствую. Но не более. Живой убраться дам.