Вот так. Просто и быстро. Я даже не удивился, выданной мне памятью справке. Уже было такое. Несколько раз моя память выдавала мне на-гора умопомрачительный материал Гугла и Википедии. В разных отдельных случаях. Скажем, я забывал техническую характеристику минометов. Или дальность покрытия «Катюш». Или, положим, толщину брони танков. И тотчас, к моему изумлению, как некий чертик из табакерки, в моем сознании выскакивал необходимый материал. Чудо дивное? Кто его, в беса, знает. Возможно, какие-то магнитные поля — черт разберешь — активировали при моей переброске определенные участки мозга. А может, при столкновении двух измерений у меня произошел сдвиг по фазе: я стал гением? Вот, вспомнил же Клейста!

А тот между прочим уже поспешил внутрь зала. Мы с Борькой бросали взгляды. По скамьям вдоль стены ерзали в спешке генералы вермахта. Были и кто-то из танковых войск, и из ведомства Геринга. Казалось, действительно — в отсутствие фюрера здесь собралась вся верхушка военной элиты.

Фон Клейст между тем скрылся внутри. Чуть погодя к нам приблизился адъютант. Вежливо кивнул, приглашая жестом последовать за ним. Генералы на скамьях заерзали еще больше. В их взглядах сквозила тревога с немым вопросом: кто такие, эти два русских обрубка?

Когда мы вошли, Борька едва не исполнил свистом марш Мендельсона. И было на что посмотреть!

Под люстрами из огромных кусков хрусталя размещался таких же огромных размеров стол, заваленный картами. По бокам от стола в креслах сидели, курили, беседовали, два десятка высших начальников рейха. Во всю стену у окна второго этажа висел план защиты Берлина. Две секретарши с указкой в руках передвигали по схеме флажки. В отдельном кресле восседал…

О-о, черт!..

У меня перехватило дыхание. Нет, не Гитлер — тот по сведениям русской разведки был уже в Антарктиде. Не Гитлер, но все же…

— Борман! — вырвался вздох. Я глянул на петлицы партайгеноссе. Только у него были похожие знаки различия — самые крупные в рейхе.

— Что за овощ? — тихо шепнул Борька. — Кто-то из помощников фюрера?

— Самый главный! — прошипел я.

— А я думал, самый главный после Гитлера Геринг и Гиммлер.

— Этот главнее, — не стал я ему отвечать. Как объяснить бывшему трактористу колхоза всю верхушку иерархии рейха? А Борман, по сути, был его незримым куратором. Серым кардиналом, если брать примеры истории. Что-то типа Ришелье при Людовике XIII. Руководил всей тайной канцелярией. В его сфере влияния находился Золотой запас третьего рейха. Плюс полное доверие Гитлера. Недаром, его — Бормана — не смогут найти после Победы. Как, впрочем, и Мюллера. Но с тем было проще — он в моей реальной истории объявится в Аргентине. А Борман исчезнет. Причем, безвозвратно.