Я гонял их так весь день. Искусственно создавал панику, кричал, требовал скорости. Некоторые суетились, путались, делали ошибки. Но большинство держалось. Армейская закалка давала о себе знать — они привыкли работать под давлением.

К концу третьей недели передо мной сидели десять вполне сносных телеграфистов. Не мастера, конечно, но база была заложена крепкая.

— Господа, — обратился я к ним на последнем занятии. — Вы прошли обучение. Теперь вы — первые военные телеграфисты Российской Империи. Это звучит громко, но это правда. Таких, как вы, пока больше нет нигде в мире.

Я сделал паузу.

— Часть из вас останется здесь, в Туле, и будет обслуживать центральную станцию. Часть отправится на линию — на ретрансляционные станции между Тулой и Москвой. Унтер-офицер Сидоров станет инструктором и будет обучать следующие группы. Но все вы — теперь не просто солдаты. Вы — связисты. Элита новой армии.

Они сидели, выпрямившись, с гордостью на лицах. Я видел, что они это прочувствовали. Они поняли, что стали частью чего-то большого, важного.

— Унтер-офицер Сидоров, — я повернулся к нему. — Завтра приведёте своих людей на линию. Покажу, как устроены ретрансляторы и где вам предстоит служить.

— Слушаюсь, ваше благородие!

* * *

На следующий день мы выехали на линию. Взял с собой пятерых солдат, включая Сидорова, чтобы показать им ретрансляционную станцию в Помахово.

Когда мы подъехали к станции, солдаты вытаращили глаза. Перед ними возвышалась небольшая, но крепкая деревянная постройка. Вокруг — ограда из кольев, караульная будка, флагшток. Рядом с домиком — высоченный столб с проводами, уходящими в обе стороны вдоль дороги.

— Это ретранслятор, — объяснил я, спешиваясь. — Сердце линии. Здесь сигнал из Тулы принимается, усиливается и передаётся дальше, в сторону Москвы. И наоборот.

Мы зашли внутрь. В небольшой комнате стоял стол с двумя телеграфными аппаратами, гальваническими батареями, ящиками с запчастями. У стола сидел дежурный оператор — один из моих первых учеников, Гриша, паренёк из Уваровки.

— Здорово, Гриша, — поздоровался я. — Как дела?

— Нормально, Егор Андреевич! — он вскочил. — Сигнал чистый, всё работает. Вчера передавали тестовое сообщение в Тулу — дошло без искажений.

— Молодец. Это вот новая смена, — я кивнул на солдат. — Покажи им, как ты работаешь.

Гриша кивнул и сел за аппарат.

— Смотрите, ребята. Это ретранслятор. Он усиливает сигнал передаваемый из Тулы. Но если вдруг какой-то сбой, а передача уже начата, то я использую вот это приёмник. — Он показал на аппарат. — Когда оттуда идёт сигнал, я его принимаю вот так. — Он начал записывать воображаемые точки и тире на бумагу. — Потом сразу передаю дальше вот этим ключом.