– Вы... вы это... – выдавил Изумрудный, – вы продолжайте. У нас просто... просто тренировка по выдержке.

– Да-да, – подхватил серебристый, утирая слёзы. – Мы тут... медитируем. Вас не слышим.

– А правда, что у нагов ритуальный танец – это только начало? – не унимался Янтарный.

Иркалла перевёл на него долгий, ничего не выражающий взгляд.

– Тебе рассказать продолжение? – спросил он ровно.

– Нет-нет, я просто спросил! – пискнул Янтарный совершенно не по-драконьи и спрятался за Изумрудного.

Шер, уже от входа в свою пещеру, бросила через плечо:

– Пусть репетируют. Когда-нибудь кому-нибудь где-нибудь пригодится.

Рейвен промолчал. Но вечером, когда они сидели у костра, Шер заметила, что он нет-нет да поглядывает на тренировочную площадку, где пробуждённые, уже в драконьем обличье, пытались воспроизвести змеиные па – с тем же результатом.

– У них потенциал, – серьёзно ответил он на её невысказанный вопрос.

– Потенциал к чему? К переломам?

А через несколько дней она вышла из пещеры и обнаружила вокруг входа каменные фигурки – грубо вытесанные, но узнаваемые: рыжая драконица с короной.

– Это что? – она подняла одну.

Из-за скалы высунулась голова пробуждённого:

– Это ты. Мы сделали. Чтобы ты... ну... была довольна.

– Вы мне идола слепили?!

Изумрудный, проходивший мимо с охапкой хвороста, замер. Медленно перевёл взгляд на статуэтки. Потом на Шер. Потом на Рейвена. Бросил хворост и, давясь смехом, скрылся за скалой. Через секунду оттуда донеслось сдавленное:

– У нас теперь культ! Культ Рыжей Короны!

– Я всё слышу! – крикнула Шер.

Шер открыла рот, затем закрыла. Потом посмотрела на Рейвена, который стоял рядом:

– Блонди, у тебя в стае секта. Секта имени меня.

– Я заметил.

– И что ты собираешься делать?

– Ничего. – Он помолчал. – Я не против.

Шер закатила глаза, но фигурку не выбросила. Вечером Надя заметила её на полке в пещере и улыбнулась, но ничего не сказала. Зато сказала Шер, проходя мимо первых драконов:

– Ещё одна шуточка про «культ» – и я вам устрою пост. На неделю. Без мяса.

– Мы поняли, – хором ответили первые драконы. И добавили, когда она отошла: – Но фигурки-то останутся?

Пробуждённые, наученные горьким опытом с Шер, решили, что Надя – тоже самка, которой нужны подношения. Но они помнили: рядом с ней всегда змей. Тот самый, который учил их танцевать, и который смотрел так, что даже Гранитный начинал сомневаться в собственной твёрдости.

Через несколько дней двое пробуждённых принесли Наде ворох душистых трав – тех самых, что теперь росли вдоль новых ручьёв. Иркалла, лежавший рядом в змеиной форме, приоткрыл глаза и медленно перевёл взгляд на подношение. Хвост его едва заметно шевельнулся.