Иван Павлович поднялся рано. Ланской еще спал, уткнувшись носом в подушку и мерно посапывая. Доктор наскоро умылся, оделся и вышел на палубу.

Влажный, холодный воздух неприятно остудил спину, обволок лицо. Где-то в тумане закричала невидимая птица — резко, тревожно, словно предупреждала об опасности. С палубы доносились голоса матросов — перекликались, проверяли швартовы.

— Доброе утро, Иван Павлович! — окликнул его Якименко. Парень стоял у фальшборта с кружкой горячего чая, пар поднимался над жестяным краем. — Чай будете? У меня тут чайничек. Горяченький.

— Спасибо, Ефим. Не откажусь.

Якименко подал кружку. Чай оказался крепким, сладким — согрел сразу.

— Как там наши больные? — спросил Ефим. — Тифозные?

— Без изменений. Температура держится, но пока хуже не становится. Раненый кочегар пришел в себя вчера под вечер.

— Слава богу, — Якименко перекрестился и тут же смутился. — Тьфу ты, привычка деревенская. По-старому еще. А тот, второй… Николаев? Так и не нашелся?

— Нет.

— Плохо, — парень покачал головой. — Очень плохо.

Иван Павлович допил чай, вернул кружку.

— Ефим, ты слышал что-нибудь про карточную игру в вечер смерти американца?

— Слышал. Бабы болтали. А что?

— А что именно болтали?

— Да разное. Кто-то говорил, что этот, адъютант комдива, здорово проигрался. Чуть ли не все командировочные спустил. И будто бы он на Симмонса зуб имел. Только я в эти сплетни не верю, Иван Павлович. Адъютант, он при командире, человек подневольный. Ему бы скандалов не надо.

— Разумно, — кивнул доктор. Но про себя подумал, что проверить все равно стоит.

— Пойду, — сказал Ефим, допивая чай, — мне к механику нужно.

Якименко ушел. Иван Павлович отправился к капитану.

* * *

Буров уже проснулся и сидел за столом с неизменной самокруткой. Перед ним лежал список — судовая роль, подчеркнутые фамилии.

— Доброе утро, Степан Лукич.

— Здравствуйте, Иван Павлович. Садитесь. Ну что, попробуем разговорить этих игроков?

— Попробуем, — кивнул доктор.

— Под видом медицинского осмотра и поговорим. Только нее всех сразу. Сначала с комиссаром поболтаем. Он человек бывалый, умный. С ним проще будет.

— А адъютант?

— Адъютанта оставим на потом, так сказать на закуску. С ним нужно аккуратнее. Молодой, горячий. Может, ни в чем не виноват, а нагрубить — нагрубит. Распалится — толку не будет.

— Хорошо. Когда пойдем?

— Сейчас. Я уже послал матроса — пригласить товарища Ратникова сюда. Сказал — для консультации по поводу карантина и порядка на судне. Официально. Вы уж поддержите меня, для виду осмотрите его, сердце послушайте, прочие дела медицинские.