— У меня нет одежды, — сказала она. — Для имперского обеда.

Дамиан посмотрел на неё. Его взгляд скользнул по серому платью, по штопке на манжете...

— Я распоряжусь, — произнёс он. — Эдгар!

Дворецкий возник в дверях с такой скоростью, будто стоял за ними и ждал вызова.

— Хозяин?

— Вызовите портниху. Лучшую в столице. К вечеру платье должно быть готово.

— Портниху? — Эдгар просиял. — Для госпожи? Новое платье?

— Да, и туфли. И... — Дамиан сделал неопределённый жест, — всё остальное, что полагается.

— Будет сделано! — Эдгар уже мчался к двери. — Я знаю мадам Корнелию! Она одевала ещё леди Изольду! Правда, это было сорок лет назад, но у неё есть ученицы! Лучшие! Я сейчас же...

Он исчез. Ванесса осталась сидеть с открытым ртом.

— Вы заказываете мне платье, — произнесла она.

— Вы не можете идти на имперский обед в этом. — Дамиан кивнул на её серое платье. — Это... неподобающе.

— Я знаю, что неподобающе. Но я не ожидала, что вы...

— Я не хочу, чтобы моя жена выглядела бедно, — перебил он. — Это вопрос статуса. Моего статуса.

— Ах, вашего статуса, — Ванесса усмехнулась. — Конечно. Не моей красоты, не моего комфорта, а вашего статуса.

Дамиан чуть прищурился.

— И вашей красоты, — добавил он. — Тоже.

И вышел.

Ванесса осталась за столом, глядя на закрывшуюся дверь. Грета, сидевшая на своём кресле с чашкой кофе, медленно повернула голову.

— Он сказал «и вашей красоты», — произнесла гаргулья. — Я слышала.

— Я тоже слышала.

— Это комплимент.

— Это... почти комплимент, — согласилась Ванесса. — По-инквизиторски. С оговоркой про статус.

— Для человека, который двадцать лет никому не делал комплиментов, это прорыв, — заметила Грета. — Ты должна гордиться.

Ванесса не ответила. Она думала о предстоящем обеде. Императорский дворец, аристократы, лорды и леди, которые будут смотреть на неё — бывшую сваху из «Последнего шанса», жену по принуждению, выскочку без рода и титула. Смотреть, оценивать и осуждать. И скорее всего, насмехаться.

Она вдруг поняла, что боится.

Не Дамиана. Не его ауры и его гнева. А этих людей — холодных, надменных, которые одним взглядом могут превратить её в ничтожество.

— Грета, — тихо сказала она, — я нервничаю.

— Я знаю, — ответила гаргулья. — У тебя лицо как у мыши перед кошачьей свадьбой.

— Спасибо за поддержку.

— Всегда пожалуйста.

Портниха прибыла в полдень. Мадам Корнелия оказалась... внушительной. Высокая, статная женщина лет шестидесяти, с копной седых волос, уложенных в сложную причёску, и взглядом, который оценивал фигуру Ванессы с точностью артиллерийского прицела. С ней прибыли две помощницы — молоденькие девушки с рулонами тканей в руках.