Мужчина сделал шаг вперёд. Половица жалобно скрипнула.
— Вы — госпожа Тиррен? — спросил он. Голос был низкий, глубокий, с металлическим оттенком — таким голосом, наверное, зачитывают приговоры.
Ванесса кивнула.
— Мне нужна жена, — сообщил он. — У вас есть неделя.
И тут Ванесса совершила самую большую глупость в своей жизни.
Она посмотрела ему в глаза, всё ещё дрожа, но уже чувствуя, как где-то внутри, под слоями страха, просыпается её вечный, неубиваемый оптимизм, и спросила:
— А можно хотя бы имя узнать? Ну, для начала. Для анкеты.
Мужчина чуть прищурился. Тени вокруг него сгустились. Грета на полу тихо застонала.
— Дамиан Мортегар, — произнёс он. — Верховный инквизитор империи.
Ванесса открыла рот. Закрыла, и открыла снова.
Она поняла, что завтрак, даже если бы он у неё сегодня был, всё равно бы не помог.
Потому что жизнь только что подкинула ей очередную неприятность.
Вернее — самого страшного человека во всей империи, которому, видите ли, срочно потребовалась жена.
Дорогой дневник. Сегодня отличный день, чтобы умереть. С уважением, Ванесса Тиррен, королева безнадёжных, с сегодняшнего дня — ещё и королева потенциальных смертниц.
Глава 2. Явился — не запылился
Верховный инквизитор империи.
Верховный. Инквизитор. Империи.
Ванесса стояла, замерев с открытым ртом, и чувствовала, как её мозг — обычно довольно шустрый, способный одновременно следить за кофейником, заполнять анкету и поддерживать светскую беседу с троллем, — пытается переварить информацию и терпит сокрушительное фиаско.
Потому что верховный инквизитор империи — это не просто «важный клиент». Это даже не «очень важный клиент». Это человек, от одного имени которого у самых храбрых генералов седели волосы. Это живая легенда, кошмар еретиков, гроза тёмных магов и — если верить слухам, которые последние десять лет циркулировали по империи, — воплощение всего самого ужасного, что может случиться с живым существом.
Говорили, что он пытает лично. Говорили, что под его взглядом плавится камень. Говорили, что он никогда не спит, не ест и не улыбается — потому что человеческие потребности ниже его достоинства. Говорили даже, что его замок стоит на скале, омываемой реками лавы, а в подвалах томятся души грешников.
Ванесса, конечно, предполагала, что слухи преувеличены. Как минимум — насчёт лавы. Скала — может быть. Души грешников — тоже, наверное, преувеличение. Но вот всё остальное...
Она перевела взгляд на мужчину, стоящего в дверном проёме. Он по-прежнему заполнял собой всё пространство. Воздух вокруг него, казалось, уплотнился. Тени в углах приёмной стали гуще. Магические светильники — три штуки, подарок благодарного клиента-артефактора — начали подозрительно мерцать.