— Сразу видно университетское образование, — Лахвостев ответил не сразу, на осмысление моих слов у него ушло минуты полторы. — Но убедиться в вашей правоте я бы предпочёл самым наглядным образом — увидев пойманного маньяка.

— Убедитесь, Семён Андреевич, — заверил я своего начальника, — и убедитесь тем самым образом.

…Да, госпиталь я наконец-то покинул. Штаб-лекарь Труханов, всё ещё находясь под впечатлением от моей идеи с составлением историй болезни, выпустил меня, можно сказать, по высшему разряду. Мало того, что написал тот самый эпикриз, выписку, если говорить словами из прошлой жизни, так ещё и сделал мне ценный и полезный подарок, подрядив умельца из приписанных к госпиталю нестроевых изготовить для меня трость. Трость, сделанная не знаю даже из какого дерева, вышла удобной, красивой и даже на вид прочной, правда, не шибко лёгкой. Ну да и ладно, мне ж опираться на неё, а не в руках вертеть.

Попытки подступиться к Лиде я делал ещё дважды, и оба раза с тем же результатом, как и в первый раз, то есть безрезультатно, если говорить без обиняков. Та манера реагировать на мои заходы, что выбрала для себя Лида — «я согласна, но ни шагу навстречу не сделаю» — совсем не подталкивала к продолжению. Ну какое, скажите, удовольствие можно получить от обладания женщиной, которая ведёт себя как неодушевлённый предмет? Нет, я готов допустить, что кому-то и такое понравилось бы, но это точно не я. Смешно, но я не знал, что мне делать — повторять снова и снова, надеясь, что рано или поздно Лида ответит, или же отложить свои попытки до лучших времён, которые неизвестно когда наступят. Да и как я узнаю об их наступлении? Вариант с любовной магией я так и не рассматривал, всё-таки в данном случае это было бы не то. Ладно, пока об этом хватит.

Выбравшись из госпиталя, я отправился на нашу с майором Лахвостевым квартиру. С извозчиками в городе было не очень, трудности военного времени всё-таки, поэтому Федор Антонович отрядил одну из приписанных к госпиталю повозок на доставку всё ещё числящегося на службе подпоручика Левского-второго (первым из состоящих на военной службе Левских числился Васька) к месту квартирования. Прибыв на квартиру, я с удовлетворением отметил, что тут не изменилось ничего, разве что мой денщик без начальственного пригляда слегка расслабился, но это несложно и недолго исправить. Впрочем, нет, кое-что изменилось — Семён Андреевич обрадовал меня известием о некотором подешевении сластей, и хотя к довоенному уровню цены ещё не вернулись, но и то уже было неплохо. Вот мы и сидели, по старой привычке, с чаем да пряниками и обсуждали наши дела.