Получив от полковника Ломакина приказания относительно времени нашего выдвижения к леску и места, куда мы должны будем прибыть, мы с капитаном Паличем отправились к месту расквартирования, чтобы успеть раздать соответствующие приказы, проверить обувь и амуницию ополченцев, накормить людей на ночь, потому как утром кормёжки не будет — в бой идем.

— Кстати, Алексей Филиппович, — капитан поудобнее устроился в санях и повернулся ко мне, — всё хотел вас спросить: вы ведь генералу Левскому родственник?

— Племянник, — признался я.

— Да, знавал я вашего дядю, — Палич мечтательно улыбнулся. — Эх, было время, да… Думал, всё уже, отвоевался, а оно вот как вышло… Да ещё и снова вместе с Левским, пусть и не генералом пока, — он весело подмигнул мне.

— И действительно, — согласился я. — Прямо старое по-новому.

— Да уж, по-новому, — вздохнул Палич. — И правда, по-новому. Я вот первый раз сегодня колючую проволоку увидел… Эх, нам бы её тогда… Глядишь, так бы с обеими руками и жил до сих пор.

Или бы погиб уже давно, но тоже с обеими руками, — подумал я.

— Вещь дельная, конечно, — ротный вернулся от воспоминаний к действительности. — И просто, и сердито, — ну да, это он снова о колючке. — Но знаете, Алексей Филиппович, что я подумал?

Я показал самую искреннюю заинтересованность. Именно показал, а не изобразил — мне и правда было интересно, что скажет о моём изобретении (ладно, не о моём, но этому-то миру его подбросил я!) человек военный. Сам я пока что мнения офицеров на сей счёт не слышал.

— Это ж каким по-хорошему, по-нашему, по-военному злым надо быть человеком, чтобы такое придумать! — ну вот, теперь я, значит, злой. Ага, зато по-хорошему.

— А может, как раз добрым? — раз уж мой ротный командир сам начал беседу неофициальную, почему бы мне его и не подначить? Тем более, никакой обиды подначка не предполагала. — Сами же знаете, Дмитрий Михайлович, что для врага зло, то для нас добро. Больше шведов повиснет на колючке — меньше наших солдатиков в землю зароют.

— Может, и добрым, — не стал возражать Палич. — Ежели так-то рассуждать. Но вот было бы занятно свести знакомство… Да хоть просто посмотреть, кто ж это до такого додумался.

— И в чём дело? — я адресовал капитану самую беззаботную улыбку, какую сейчас мог выдать. — Со мною вы знакомы, видите меня часто…

— Так это вы⁈ — изумлению капитана Палича не было предела. Он аж приподняться попытался, должно быть, чтобы рассмотреть меня получше, но сильный рывок саней вперед вернул ротного на место.

— Я, — ну а что тут еще сказать?

— Вы же на службе-то совсем недавно! — кажется, известие о том, что изобретатель такой полезной на войне вещи сам пороху как следует еще не нюхал, Палича даже обидело. Вот же некстати, надо как-то выворачиваться. — И когда только успели⁈