Того самого, где воевали наши выдающиеся разведчики Николай Кузнецов, Николай Струтинский, Африка Де лас Эрас и многие другие.
Жилось им в Старобельске весело. Как вспоминает дочь Завенягина Евгения, отец однажды прислал к матери, тогда еще невесте, красноармейца с письмом, в котором просил приехать. «Мама колебалась, не знала, что ответить. Красноармеец решил, что она боится, и стал убеждать, что опасного ничего нет, один участок только и нужно проскочить, а он ей на всякий случай пулемет даст, чтобы отстреливаться».
Такие вот романтические свидания назначались тогда…
Открытие первого в Старобельске памятника «Борцам революции», на заднем плане пожарная часть.1924 г.
Потом качели качнулись в другую сторону — донецким коммунистам удалось продавить решение о восстановлении Завенягина в должности секретаря Юзовского укома партии. Это грозило вывести конфликт на новый виток напряженности, поэтому, судя по всему, уставшие от борьбы конфликтующие стороны заключили мировое соглашение, предусматривающее размен по принципу «ни нашим, ни вашим».
Поскольку примирение невозможно, а выигрыш любой из сторон проблематичен, Донбасс должны были покинуть обе конфликтующие стороны — и Завенягин с Коржиковым, и Чугурин со своими людьми, но всем дали возможность сохранить лицо.
В частности, было решено, что Аврамий Павлович Завенягин и Тит Михайлович Коржиков уедут в Москву на учебу.
Коржиков собирался продолжить партийную карьеру, поэтому выбрал Государственный институт журналистики — был такой вуз в Москве, позже переименованный в Коммунистический институт журналистики. Завенягин же, к удивлению многих, отдал предпочтение инженерной стезе и поступил в Московскую горную академию. Единственное, что смогли продавить юзовские коммунисты — постановление, откладывающее отъезд на год. Из-за него Завенягин и начал учебу в академии позже своих ровесников.
Не думай, что все пропели, что бури все отгремели.
Готовься к великой цели, а слава тебя найдет.
И снег, и ветер, и звезд ночной полет,
Меня мое сердце в тревожную даль зовет.
(стихи Льва Ошанина)
Зато перед отъездом жених и невеста наконец-то поженились. Так Завенягин и прибыл в Горную академию — с молодой женой и ее приданным, состоящим из швейной машинки «Зингер» и неподъемного сундука с коваными ручками.
Кто только потом не спал на этом сундуке — включая Хрущева, нагрянувшего как-то в столицу покупать себе охотничье ружье и остановившегося у бывшего начальника.
Собственно, на этом я заканчиваю знакомить вас с героями своей книги.
Все пятеро представлены.