Первый вид доказательств – сами обстоятельства дела. Ими обычно являлись истории о ведьмах и их взаимоотношениях с жертвой, рассказанные в суде пострадавшим и очевидцами. Если проанализировать памфлетную литературу, то можно выделить два типа сюжетов, как кто-то насолил слишком мстительной ведьме.

Первый сюжет – отказ человека в помощи ведьме, на что та обижается и насылает на него несчастья. Вот, к примеру, следующая история: «…вышеупомянутая Елизавета Фрэнсис призналась, что… пришла к одной жене поляка, ее соседке, и попросила у нее немного старых дрожжей, но та отказала ей. Тогда она отправилась к другой хозяйке… и по пути… она прокляла жену поляка, и ужасное горе обрушилось на ту за то, что она не дала ей дрожжей».

Во втором случае ведьма мстит за прямо нанесенную ей обиду. Обязательным атрибутом таких историй является публичная клятва ведьмы в том, что она нашлет несчастье. Так что слова, сказанные сгоряча в словесной перепалке, могли рассматриваться как доказательство ведовства. Как это было в следующей истории: «Стало известно, что матушка Ноукс сказала, что ее муж спал с некой женой Тайлера из Ландберт-Энда, и укоризненными словами ругала ту, приговаривая в конце: „У твоего ребенка есть няня, однако это не продлится долго“. И некоторое время спустя ребенок умер».

Истории с ведьмами могли обрастать любыми деталями, но по сути они были похожи одна на другую. Приведем еще один пример: «Как выяснилось и как созналась заключенная, ее дочь и дочь некой вдовы Веб из Малдона, упомянутой выше, поссорились и подрались. По этой причине Смит была раздражена и, встретив дочь доброй хозяйки Веб на следующий день, ударила ту по лицу, и эта девочка вскоре после того пришла в дом и заболела. Она чахла два дня, постоянно крича: „Вон ведьму! Вон ведьму!“, – и так умерла».

Итак, устные показания являлись неоспоримыми доказательствами. Особо ценными были устные показания пострадавших от колдовства, поскольку жертва могла видеть подозреваемую в момент осуществления ритуалов. Например, ведьма могла прийти ночью и стоять над кроватью, насылая колдовство. Также доказательством служили и мимолетные признания самой ведьмы. Так, если ее публично обвиняли в колдовстве, она могла в ходе спора сказать следующее: «Хочешь, чтобы несчастье ушло, отцепись от меня», – тем самым выдав себя.

Конечно, для современного человека такие доказательства не являются основанием для суда. Однако люди того времени на проблему ведовства смотрели иначе. Можно сделать вывод, что англичане разбирались с каждым конкретным делом о колдовстве, привлекая множество свидетелей (родственников потерпевшего либо ведьмы и неравнодушных односельчан) и таким образом пытаясь приблизиться к истине.