Если личность ведьмы была точно известна, а сам разговор с ней был невозможен, неэффективен или нежелателен, жертва старалась подкараулить колдунью и публично расцарапать ей лицо. Это связано с народной верой в то, что увечья ведьме нейтрализуют ее колдовство. Надо отметить, что подобная практика официальной церковью осуждалась. К примеру, пуританский проповедник Александр Робертс в своих трудах утверждал, что такие действия противны Богу.

Самосуд крестьян над ведьмой порой заканчивался ее убийством, особенно если, как считалось, под влиянием ее магии погибал кто-то из семьи. Такие самосуды, естественно, классифицировались как противозаконные. Тем не менее закон был на стороне жертв ведьм. Потому, несмотря на запреты на самосуды, крестьяне продолжали охоту на ведьм.

В итоге если первый антиведовский акт общество приняло достаточно прохладно, то после второго статута Елизаветы количество процессов над ведьмами увеличилось, поскольку в официальном суде добиться правды было легче, чем путем самосуда.

Так как суд был светским, а ведовство – преступлением тяжким (в зависимости от действующего на тот момент акта, конечно же), то судебные процессы над ведьмами в Англии отличались от аналогичных в Европе. Английские судьи не воспринимали подозреваемых как инструмент подтверждения своих демонологических гипотез. Как и в обычных процессах, в делах о ведьмах английская судебная система строилась на строгом разделении функций следствия, обвинения и судопроизводства. Также здесь присутствовал принцип презумпции невиновности и формального равенства сторон перед судом. Процесс начинался после возбуждения уголовного дела пострадавшим, а не самим инквизитором, как это было в Европе. Судья здесь не мог сам возбуждать иски. Ведьмы имели даже право на апелляцию, которую рассмотрела бы Звездная палата.

Как метод судопроизводства пытки отсутствовали, поскольку разрешение на них можно было получить исключительно от монарха. Легально ведьм пытали только во время рассмотрения дела Звездной палатой. Встречались, конечно, пытки и в других случаях, но они были незаконными.

Суд относился к своим обязанностям весьма серьезно. Юрист Ричард Бернард в своем «Руководстве для членов Большого жюри» писал, что «осудить кого-либо за ведовство – значит, доказать его союз с дьяволом».

Нельзя было просто обвинить кого-то в ведовстве и ожидать расправы – необходимы были доказательства, которые, хоть и выглядели порой нелогично, но все же были лучше, чем выбитые под пытками признания у протестантских или инквизиторских судей.