Конструкция, созданная им, обладала своего рода интеллектом. Она впитала в себя все те установки, что транслировал ей маг, и теперь распределяла степень приложения собственных усилий в соответствии с приоритетностью целей. Другими словами, заклинание самонаводилось на наиболее активных людей и обрабатывало их в большей степени, нежели других.

Лобань внутренним зрением проследил за тем, как промчались сверху вниз сквозь толпу широкие ячейки, сотканные из лучей ярко-фиолетового света, пронзающие на мгновение человека, отражающиеся от земли и бегущие дальше, и, не стесняясь, сел прямо на землю. Всё! Он сделал всё, что мог!

— Игорь! Что с тобой, ты ранен? — всполошился Димка. Его навыков в волшбе не хватило, чтобы уловить то, что проделал приятель, и теперь следователь, наверное, решил, будто кто-то нанёс ему повреждение.

— Всё нормуль, — слабо сказал маг и трясущимися руками полез в карман за сигаретами.

В это время началось. Сначала люди резко замолчали. Так, словно кто-то повернул невидимый выключатель, щёлк и всё. Не осталось даже малейшего шепотка, только где-то в отдалении гудели проезжающие на соседней улице автомашины, да галдели о чём-то своём неугомонные птахи всех мастей. А потом они вдруг повернулись и, также молча, просто разошлись. Помните сцену из «Золотого телёнка», когда Остап отмазывал Паниковского, засыпавшегося на кармане у Корейко? Вот, примерно, так и здесь. Люди расходились не торопясь, не оборачиваясь и не проявляя больше никакого интереса к ведьме и трём её «защитникам».

Карпухин осёкся на полуслове и округлившимися глазами смотрел за происходившем перед нимдейством . Его спутник, давно уже хрипло матерившийся сквозь зубы в бессильной злобе, также поперхнулся, но, в отличии от начальника, сориентировался быстрее, впервые одобрительно взглянул на вяло дымившего Игоря, выдавив восхищённоё: «Бля, ну силён!». Димка, до которого тоже дошло, чья это работа, лишь молча развёл руками и показал, что, мол, снимает шляпу.

А магу было откровенно пофиг. И на реакцию друзей, и на поведение собравшихся для самосуда людей. Сил не осталось. Раньше он никогда не пробовал работать с таким количеством народа и поэтому явно переоценил свои возможности. Сейчас маг был словно выжатый досуха лимон. Ужасно хотелось домой, в тёплую кроватку, баиньки. Часиков, эдак, несколько. И чтобы телефон обязательно был выключен, а будильник убран на самую дальнюю полку.

Может поэтому он и прозевал тот момент, когда началось! Оперативник, деловито сующий под нос валявшейся на земле ведьме ватку с нашатырём из автомобильной аптечки, вдруг мягко повалился назад и упал на спину, уставившись в небо остановившимся взглядом безжизненного манекена. Карпухин, оживлённо беседующий с кем-то из начальства по телефону, выронил трубку, энергично взмахнул руками, пытаясь поставить защиту, получил мощный удар под дых воздушным кулаком и скрючился неподалёку от Игоря, судорожно разевая рот в беззвучном крике.