Вот здесь Игорь и завёлся. Сложно сказать, что больше повлияло на него — дикая боль или факт помощи со стороны ведьмы, но только отвечать он стал всерьёз, на полную катушку, больше не сдерживая себя.
Естественно, результаты не заставили себя долго ждать. Из кровавой пелены боевого безумия его вырвал громкий Ольгин крик. С трудом накинув на разбушевавшиеся рефлексы узду повиновения, маг остановил готовое сорваться с ладоней «Небесное копьё» и огляделся, запалено дыша.
Двое чародеев лежали поломанными куклами на подозрительно потемневшем под их телами снегу, а последний жалобно скулил, прижавшись спиной к стене дома, глядя ни Игоря широко раскрытыми глазами, в которых плескался животный ужас.
— Н-н-не надо! Не у-убивай!
Стало мучительно стыдно. Но не за бесцельно прожитые годы, а за своё поведение. Трунова подошла к нему поближе и осторожно сказала:
— Сильно лицо зацепило? Дай погляжу.
— Потом! — решительно отрезал Игорь, до которого стала доходить глубина той задницы, в которую он, похоже, угодил. — Всё потом! А сейчас надо побыстрее убираться отсюда.
Ольга полоснула по нему внимательным взглядом и молча кивнула. Не оглядываясь, припустили вниз по улице.
Они уже не видели, как за их спинами вдруг резко сгустилась возле стены дома тьма и из неё к месту побоища шагнула бесформенная чёрная фигура…
Глава 2–7
На следующий день Игорь проснулся довольно рано, часов в шесть. Мало того, что ночью он один раз с криком подскочил на постели, когда во сне кто-то неразличимый ударил его ножом в живот, так ещё мерзкий троллишка под утро устроил форменный морозильник, понизив температуру в комнате градусов до десяти.
Стуча зубами от холода, маг прошлёпал в коридор, поймал притаившегося там поганца и со сладострастным удовольствием вморозил в кусок льда, мстительно решив, что вытащит его оттуда вечером, не раньше.
В квартире сразу же потеплело, но вот куда-то сон улетучился без остатка и Лобань мрачно отправился в ванную, рассудив, что лучше потратить время на повторение основных тезисов дописанного ночью доклада, чем ворочаться на холодных простынях.
Огромная кружка кофе и яичница с поджаренным беконом несколько примирили его с действительностью. А уж когда дело дошло до первой, самой сладкой, утренней сигареты, так маг и подавно пришёл в доброе расположение духа.
Лениво пуская разноцветные кольца, он внимательно перечёл ещё раз исчерканные листы, и, сочтя свой труд вполне завершённым, направился к компьютеру, чтобы привести его в божеский вид.
Совет назначили на полдень, но Игорь поехал в резиденцию Ордена в десять, хотя добираться ему было, даже по всегдашним московским пробкам, минут тридцать, не больше. Не то, чтобы он куда-то спешил, просто сидеть дома без дела оказалось невыносимо скучно.