Тем временем помощник — или охранник? — по-прежнему неизвестного для Игоря хозяина дома, пригласил их пройти в другую комнату. Точнее, это оказалось помещение секретаря. Здесь Виноградов забрал у мага баул и скрылся за высокой дверью, предупредительно распахнувшейся при его приближении, а Лобань остался ждать в компании очкарика. Впрочем, тот не выказал какого-то особого интереса к нему, холодно предложил чего-нибудь выпить, ровно выслушал вежливый отказ и уселся на своё рабочее место, перестав обращать на мага всякое внимание. Судя по той сноровке, с которой он вгрызся в горы бумаг, его роль в этом доме была близка именно к секретарской.

Игорь прошёлся по комнате туда-сюда, постоял немного возле каждой из пяти картин, украшавших стены, внимательно рассмотрел огромного бронзового рыцаря, замершего в углу. Здесь Лобань не удержался и малость похулиганил, слегка коснувшись скульптуры легчайшим импульсом.

— Кхе-кхе! — тихое предупредительное покашливание за спиной ясно дало ему понять, что он не ошибся в своих предположениях — с големостроением в этом доме баловались, да ещё как.

— Всё, завязал! Ноу проблем! — маг повернулся к напряжённо вскинувшемуся секретарю и шутливо поднял руки вверх, выражая всем своим видом максимальную степень раскаяния. — Скучно просто. — Очкарик неодобрительно покачал головой и вернулся к бумагам.

Не желая больше нервировать его, Игорь уселся на один из стульев, стоявших напротив дверей в кабинет хозяина дома. Прислушался. Тишина. Из-за плотно закрытых створок не доносилось ни звука. Какое-то время маг поборолся сам с собой, а затем, словно бы невзначай, глядя в другую сторону, быстро начертил ногтем указательного пальца левой руки на сиденье соседнего стула маленькую закорючку. Потом прижал её на секунду подушечкой и тут же отпустил.

Исчезающий на глазах паучок резво пробежал по стулу и спрыгнул на пол, окончательно растворившись в воздухе во время падения. Лобань настороженно зыркнул на пишущего что-то секретаря. Вроде не заметил. По крайней мере, внешне никакой реакции. Игорь тешил себя надеждой, что так оно и есть на самом деле — отправленный им на разведку живой усилитель звука «весил» настолько ничтожно мало в магическом эквиваленте, что обычно на него не реагировали даже новейшие детекторы заклинаний. Правда платой за такую невидимость была очень плохая слышимость, скорее это походило на шёпот, возникающий в ушах создавшего паучка чародея. Вот и сейчас Лобань, хотя и ждал этого, пропустил начало трансляции:

— … бьёшься! Тридцать, не больше! Я и так в прошлый раз практически за спасибо работал. А знаешь, сколько надо мной голодных ртов? И всем дай! — Раздражённый голос был Игорю незнаком, по всей видимости, это говорил хозяин дома.