Иван хмуро зыркнул по сторонам, но никто из пьющих и гуляющих в кабаке людей не проявлял излишнего любопытства. Ну, зарезали опять кого-то — и что с того? Раз уж администрация не поднимает по этому поводу шума, то и другим нечего лезть в это дело — пусть сами и разбираются. А свежим покойником нынче никого не удивишь.

Вакулов обошёл столик и наклонился над лежащим на широкой скамье телом. Он аккуратно ткнул покойника иглой в руку и на всякий случай отодвинулся на безопасное расстояние. Ничего не случилось —восстать свежеубиенный не пытался.

Иван одобрительно хмыкнул, вновь склоняясь над трупом. Первым делом он аккуратно проверил одежду мертвеца на предмет скрытых охранных амулетов. Чисто!

Это становилось даже забавным — неужели его гость был настолько уверен в своей безнаказанности, что не удосужился обзавестись даже самым простеньким «сторожевиком»[1]? Воистину, «так проходит земная слава»[2] — раньше в это заведение незнакомцы заходили, лишь будучи увешанными охранными заклинаниями с головы до пят. А теперь…

Иван едва удержался, чтобы в сердцах не сплюнуть на пол, но вовремя удержался от опрометчивого поступка: хозяин кабака до Эпидемии успел побывать в «местах, не столь отдалённых» и, как говорили, был там в немалом авторитете. А одной из заповедей у зэков, как известно, было уважение к своему дому, и попытка нагадить в нём каралась весьма жёстко.

Вакулов пробурчал себе под нос нечто нелицеприятное в адрес покойника — это ж надо, тот и после смерти умудрялся доставлять Ивану сплошь одни неприятности: не словами, так всякими — разными непонятками, что так и норовили проявиться во всей красе в самый неподходящий момент. А сейчас был именно он — этот самый «неподходящий момент»!

Мало того, что, по всей видимости, из-за выброса адреналина Иван испытывал насущную потребность уколоться, так ещё и новые гости на огонёк пожаловали.

Патруль!

Блин!..

Вакулов всё-таки не сдержался и длинно сплюнул, решив, что бывший зэк простит ему этот жест неприязни к «новым мусорам», а после высказал небесам (их роль с успехом исполнил закопчённый потолок) всё, что думает о своей нелёгкой судьбинушке.

Это ж как должно было всё совпасть, чтобы бездельники из гарнизона решили вдруг устроить рейд по злачным местам и соизволили войти в зал именно в тот момент, когда он, Иван Вакулов, склонился над жмуриком, а⁈ И не просто над жмуриком, а над делом, так сказать, рук своих! Прям таки дешёвый бульварный роман, коими были забиты все прилавки книжных магазинов до Эпидемии.

Вот непруха!

Патрульные отреагировали на удивление резво — один накинул на себя и своих спутников защитный купол, а двое других врезали от души, не разбираясь, кто прав, кто виноват, одновременно и слезоточивым, и усыпляющим газом.