— Следующие… — наша звездочка сосредоточенно нахмурилась, перебирая маски в руках. — Доктор, Орацио, Бригелла…
Денис встрепенулся, услышав название своей маски, а я, если честно, слегка приуныл. Впрочем, еще не все потеряно — надо быть оптимистом.
— Изабелла… — тут Элечка хитро улыбнулась и посмотрела на меня, протянув руку с кусочком маски. — И Труффальдино!
— Повезло, новичок! — добродушно сказал Гонгадзе, а Артемий Викторович обхватил мою ладонь в жарком рукопожатии.
Следующие несколько минут счастливые обладатели новых деталей своих масок поздравляли друг друга, мы с Деном даже обнялись как закадычные друзья. А потом наступила интригующая тишина.
— Уговор есть уговор, Артемий, я не претендую на эту добычу, — поймав на себе множество взглядов, покачал головой Гонгадзе. И я понял, о чем он… Элечка помимо всего прочего упоминала маску Доктора, а в труппе ТЮЗа как раз был тот, кому этот осколок мог бы пригодиться.
— Это Грациано, — внимательно рассмотрев маску, определил Иванов. — Как раз для вашего Вадима.
Кажется, я начинаю понимать, к чему все идет.
— Чего ты хочешь взамен? — строго нахмурив брови, уточнил Автандил Зурабович.
— Сам понимаешь, просить еще одного человека я не могу… — задумчиво проговорил Артемий Викторович, и все затаили дыхание. — А вот кусочек моей маски, которую ты по-прежнему хранишь у себя…
— Насколько ты помнишь, я не отдал его тебе и взамен на кусок моей, — усмехнулся Гонгадзе.
Я замер от неожиданности. Вот они, интриги — оказывается у режиссера ТЮЗа какое-то время была на руках маска Панталоне, и он никак не хотел возвращать ее нашему Иванову. Частичка маски, но все же… Для Автандила Зурабовича усиление конкурента было не лучшим развитием событий, но сейчас все-таки произошла сильно нештатная ситуация, из которой все вышли во многом благодаря нам. Так что Гонгадзе теперь явно должен, на мой взгляд, пойти на уступки.
— Уверен, сегодня ты проявишь благоразумие, — ровным голосом сказал наш режиссер. — Особенно с учетом подарка твоей труппе. У тебя ведь в резерве есть Пульчинелла с Орацио?
— Марина и Роман Семиустовы, — подтвердил Гонгадзе.
— Думаю, они будут тебе благодарны, когда перешагнут свои ограничения в два и четыре процента, — безжалостно завершил Иванов.
Повисла напряженная тишина, и я, воспользовавшись ею, лихорадочно обдумывал происходящее. В труппе ТЮЗа, оказывается, есть очень слабые маски, которых бесполезно брать даже на самый простой рейд. Если «четверка» может хотя бы немного подраться простейшим оружием, то «двойка» — это просто балласт… А тут Иванов предлагает своему коллеге и конкуренту усилить свою труппу уже парой неплохих бойцов. Даже если кусочки их масок всего лишь по три процента, это уже дает прирост до пяти и семи. Да, Иванов явно умеет вести переговоры. Но, с другой стороны, было и что-то эгоистичное в этом размене — наш режиссер отдавал осколки трех разных масок за одно дополнение к своей собственной…