— В моем случае это индикатор сикигами, — Акико назвала еще одно непонятное слово.
Но оба наших режиссера дружно помянули сатиров, чем вызвали недоумение всех присутствующих масок и заставили интеллигентно поморщиться Глафиру Степановну. Судя по всему, эти трое явно хорошо знают, о чем идет речь. Или о ком. Правда, Гонгадзе сначала не понял про травки, но зато теперь на его лице не было никаких сомнений в том, что мы столкнулись с чем-то очень неприятным… Только удивление.
Сикигами… Это слово мне точно было не знакомо, знаю только похожее — «синигами». Персонифицированная смерть в японской мифологии. Или, как вариант, бог этой самой смерти. В свое время мы с Сашкой и Лариской залипали на аниме «Блич», там на этом понятии сюжет строился. Я, правда, потом разочаровался, когда пошел бесконечный сериал, и перестал смотреть. А вот мои друзья осилили его полностью. Ладно, я отвлекся… Спросить бы своего Паскуале, да вот только боюсь, что прослушаю разговоры умных людей, от которых явно могу узнать больше.
— Вы уверены? — спустя небольшую паузу, за которую я успел немного пораскинуть мозгами, спросил Гонгадзе, блеснув очками.
— Абсолютно, — Акико отвесила режиссеру ТЮЗа вежливый короткий поклон. — И если претензий ко мне больше нет, я очень прошу позволить мне провести ритуал. Лучше сделать это как можно быстрей. А потом я с удовольствием отвечу на любые ваши вопросы.
— Делайте что нужно, — показав Автандилу Зурабовичу успокаивающий жест рукой, Артемий Викторович дал добро нашей странной гостье провести ритуал.
Она тут же достала из коробочки лист пергамента или чего-то подобного, несколько сушеных ростков и листиков, скрутила все в трубку и подожгла неожиданно вынутой из все того же миниатюрного рюкзака зажигалкой. Запахло пряной травяной смесью. Акико пробежалась вокруг каждого из нас, размахивая импровизированной сигарой и окуривая нас густым белым дымом. Затем, когда все вокруг помутнело, а в воздухе устоялся терпкий запах деревенской печи, она остановилась и пристально рассмотрела всех нас.
— Чисто, — расслабленно выдохнула она.
— А теперь рассказывайте дальше, — сосредоточенно нахмурившись, кивнул Артемий Викторович. — Хотя, конечно, для начала неплохо было бы выслушать Глафиру Степановну о том, что произошло. Я имею в виду внезапное закрытие портала.
— Простите меня, пожалуйста, — всплеснула руками Северодвинская. — Давно не было таких происшествий…
Старушка оглядела всех нас, вздохнула, остановив взор на телах, оперативно накрытых белыми простынями, пробормотала «какое горе», а потом продолжила, добавляя детали явно для нас, новичков: