Подгуменный и Бочкин в этот самый момент настигли ее и набросились, словно пытаясь разорвать на куски. Вика кричала и отчаянно сопротивлялась, причем, как мне показалось, особенно яростно отбивалась от Бодена-Бочкина.
— Стреляй, лейтенант, стреляй! — водитель тем временем выскочил из машины и, выхватив из кобуры пистолет, подбежал ко мне. — Ей-богу же мертвецы ходячие! Не врал старик! Спасай девку!
— Стоять! — громко скомандовал я и пальнул в воздух.
И тут зомби, отпустив Вику, рухнувшую ничком в снег, зарычали и, заметно ускорившись, бросились в нашу сторону. И сразу стало заметно, что с Подгуменным и Бочкиным действительно занимался профессиональный хореограф — пусть они и брели как классические живые мертвецы, прихрамывая и раскачиваясь, но в движениях прослеживалась логика и выдерживался определенный темп. Теперь, по сценарию, Вика тоже должна обратиться в зомби… Ух! Она так резко и эффектно вскочила, что я аж вздрогнул. Отточенные движения, как будто она тоже репетировала несколько дней вместе с моими знакомыми реконструкторами, отсутствующий взгляд и бледный грим — она больше походила на привидение. Очень, надо сказать, красивое привидение, которое снимали сейчас одновременно с пяти ракурсов — в том числе с высокого операторского крана. И это подразумевает крутой динамичный монтаж с резкими переходами между планами. Если они еще грамотно действие подадут, точно будет шедевр…
— Стреля-а-а-ай! — надсадно завопил водитель и первым открыл огонь на поражение.
Я присоединился к нему, согласно схеме прицельно стреляя по Подгуменному — он тоже правильно среагировал на мои движения и принялся изображать попадания. Сработали миниатюрные взрывпакеты, на мундире Васьки появились кровавые пятна, но сам он продолжал ковылять в нашу сторону. Бочкин как-то неестественно отпрыгнул спиной, рухнул на снег, но тут же ломанными движениями поднялся, истекая киношной кровью, и с подвыванием последовал за Васькой. Ох, чую, придется из-за него сцену переснимать — слишком уж переигрывает…
— Что же это за чертовщина, лейтенант? — старательно изображая испуг, плаксиво спросил Артем.
— А я почем знаю? — огрызнулся я. — Давай беги за подмогой!
— Ага! — обрадовался напарник. — Я это… сейчас! Ты держись давай, лейтенант!
— Беги уже! — рявкнул я, одновременно стреляя по Вике.
Пока все шло как по маслу, и прыгающий неподалеку помощник режиссера, подающий нам сигналы, явно оставался доволен. Девушка умело сыграла попадание, четко сместив корпус сразу после срабатывания взрывпакета. И тут — опять же в рамках сценария — водитель, вскрикнув, споткнулся и упал, пробежав всего несколько метров. Пистолет со стуком пролетел по заснеженному асфальту. Слишком далеко, не успеет схватить! Зомби в этот момент, словно пользуясь шансом (а точнее, по резкому взмаху руки помрежа), рванули вперед — оба, Подгуменный и Бочкин, набросились на водителя и принялись его рвать. Вверх полетели окровавленные ошметки, фуражка, мокрые тряпки. Мой напарник, который таскал это все в специальном пакете, спрятанном под шинелью, натужно орал, явно претендуя на «Оскар», а оба живых мертвеца довольно урчали, по всем традициям зомби-кинематографа обмазываясь кровью жертвы. Сразу двое операторов принялись снимать крупные планы, а кран с еще одной камерой совершил пролет над локацией, чтобы взять план уже общий.