— Сочтемся, коллега, — более дипломатично выразился Иванов.
— Завтра все четверо прибудут в академический, — Гонгадзе вновь поднял бокал, произнес мысленный тост и выпил до дна.
— Спасибо тебе, Автандил, — кивнул Артемий Викторович и засобирался. — Тогда мы не будем тебе мешать.
Но тюзовский режиссер явно был в хорошем расположении духа и вот так сразу нас не отпустил. Добродушно заставил попробовать «хотя бы» по три блюда, плеснуть вина (настоящее киндзмараули, а не то, что у вас тут в магазинах из-под полы льют!) и взять с собой еще не успевшего остыть шашлыка. Только после этого Автандил Зурабович согласился, что нам действительно нужно идти. Однако у меня осталось к нему еще одно небольшое, но важное дело.
— Я могу вас кое о чем попросить? — обратился я к режиссеру ТЮЗа, тут же с интересом взглянувшему на меня.
— Труффальдино! — осторожно попытался одернуть меня Иванов, но Гонгадзе, широко улыбнувшись, махнул рукой.
— Ты можешь попробовать, — предложил он, — а я уже подумаю, как поступить.
— У меня есть подруга, — сказал я. — Лариса Филиппова, журналист. Я бы хотел, чтобы вы и ваш друг Бейтикс ее не трогали.
— А почему мы должны ее трогать? — усмехнулся Гонгадзе.
— Вдруг вам покажется, будто она слишком много копает, — ответил я. — Это ее работа. А я лично буду нести ответственность за то, чтобы она не слишком увлекалась.
— Защищаешь своих, — кивнул Автандил Зурабович. — Хорошее качество. Я услышал тебя, Труффальдино. Но многое будет зависеть и от тебя самого.
— Я согласен, — главное, не отводить взгляд и сохранять твердость в голосе.
— Идем, Труффальдино, — Иванов мягко тронул меня за плечо.
Мы попрощались с Гонгадзе и радушным Игорем, ресторатором-бауттой, и покинули гостеприимное заведение. Двор-колодец, в котором располагался вход в «Театральное», сейчас напоминал огромный телескоп — вверху чернело ночное небо с колючими звездами, вокруг каждой из которой могли вращаться миры. В подростковом возрасте я увлекался астрономией, грезил космическими полетами и встречей с иным разумом… Мог ли я в то время подумать, что это рано или поздно произойдет? Я уже побывал в другом мире, сталкивался с агрессивными формами жизни из параллельного измерения… А теперь вот еще опасаюсь столкновения еще с одним страшным врагом, который может прятаться в обычном человеке — словно я попал в голливудский ужастик вроде «Нечто» Карпентера. Да уж, как говорится, жизнь порой гораздо интересней фантастики. Даже лихо закрученной.
— Не знаю, что у тебя с Викторией, Миша, — Иванов снова мягко подтолкнул меня к арке, ведущей на улицу Миллионную, — и не хочу ввязываться, это ваше личное дело. Но, как бы то ни было, ты помог усилить наш завтрашний дозор. От Гонгадзе я рассчитывал получить одну маску, максимум две. А тут мы с тобой выбили из него целых четыре.