Змея обмякла. Её тело рухнуло, перекрыв половину коридора.

«Стрелок» остался один.

Он понял это сразу. И сделал то, чего я не ожидал: он начал отступать… и одновременно тянуть меня в импульсную зону.

Монстр стрелял не в меня. Он стрелял в стены, в пол, создавая рикошеты, заставляя шипы летать хаотично. Коридор заполнился звоном и шипением, как будто вокруг меня завелась стая металлических насекомых.

Я уклонился пару раз — и понял: здесь уклоняться бессмысленно. Здесь нужно закрываться и идти вперёд.

Я поднял клинок, прикрылся лезвием, как щитом, и пошёл.

Шипы били по доспеху, по плечам, по груди. Я чувствовал удары, как град. Доспех терпел, тело сопротивлялось. Отдача забивала мышцы, сбивала дыхание.

Якорь снова запаздывал. Я чувствовал его отклик, как эхо. Это раздражало и пугало одновременно. Потому что если якорь начнёт лагать сильнее — я не успею отреагировать на настоящий удар.

«Стрелок» стрелял всё чаще. И он почти дотянул меня до зоны импульса.

Я почувствовал холодный выдох уже рядом. Воздух стал плотнее, будто его заморозили.

Я сделал шаг — и остановился.

На секунду.

Не потому, что устал. Потому что понял: вот сейчас он ждёт, что я сделаю ещё шаг. И тогда он даст залп в упор, и меня снесёт в сторону импульса.

Я посмотрел на него.

Монстр в двух метрах. Его тело вибрировало, пластины дрожали. Он был модулем, но в этом модуле было достаточно «логики», чтобы выжидать.

Я чуть опустил клинок.

И бросил его.

Не в змею.

В стену рядом с ней.

Лезвие, покрытое остатками магии, вошло в камень и взорвалось коротким всплеском режущего поля — не как бомба, а как мгновенный разрез.

Камень разошёлся, и в коридор хлынул поток пыли и мелких обломков.

«Стрелок» на долю секунды потерял обзор.

Мне хватило.

Я рванул вперёд, уже без клинка, и ударил змею кулаком в основание головы — туда, где у неё был узел. Доспех на руке вспыхнул, стирая контакт в искры, но удар прошёл.

Змея дёрнулась.

Я схватил её за шею и вдавил в пол — в ту же самую пыль и обломки.

А потом достал новый клинок и, не тратя магию на весь разрез, дал узкий слой только на самый кончик.

И воткнул в щель между пластинами.

«Стрелок» дёрнулся, попытался выстрелить — шип вылетел в потолок, не попав.

Тело обмякло.

Тишина наступила не сразу. Сначала ещё пару секунд звенели шипы, вибрируя в камне. Потом стихло.

Я стоял, тяжело дыша, и чувствовал, как внутри всё гудит. Не боль, а общая усталость. Как будто я весь день таскал мешки и теперь пытаюсь сделать вид, что всё нормально.

Я поднял руку — проверить якорь.

Он откликнулся… с задержкой. Секунда. Полторы.