Надевая тугие тканевые испанские чепчики, пряча их под накинутые тёмные кружева мантильи, мы старательно отгораживались от чужих взглядов, становясь похожими на послушниц в том монастыре, который оставили во Фландрии.

Клэр же увлечённо занимаясь, все месяцы в своей лаборатории, продав проезжим сицилийским купцам за очень хорошее количество серебра некие новые ароматы, с последней исповеди и службы вдруг вернулась недовольной всем вокруг.

Она долгое время не хотела говорить, в чём дело, отсылая в Грас посланника за новыми эфирными маслами, а затем в минуту откровения вдруг сказала, что видит холодную насмешку в глазах будущего епископа, который наверно в принципе терпеть не может всех французов.

- Клэр, остановись, не аккумулируй в себе это. Иначе раздражение выльется во что-то непонятное для тебя. И ты будешь не сдержана на исповеди. За что аббату любить французов, которые благодаря своему первому министру ведут завоевательные войны? Заучи исповедь, проговори её с тихой нотой грусти, признайся во грехе, в том, из-за которого нельзя попасть на плаху и обратный путь домой, он покажется тебе дорогой в рай. Воспринимай всё происходящее как деловую игру.

- Ты заучиваешь исповедь, разве можно так?

- Однозначно. И говорю её медленно, конечно, видя пренебрежение в его взгляде. И усмешку. Но что мне до его желания казаться надменным? Да мой язык несовершенен, и я страшна в этом головном уборе. Что с того? Если честно, несколько недель наблюдая за тобой, я боялась, что ты влюблена именно в него, в аббата. Как, впрочем, все в том городке.

- Не в него. Нет. Я никогда не доверю свою честь такому мужчине.

- Так всё же я оказалась права, кто-то похитил твоё сердечко?

Девушка молчала, не желая открывать свою тайну.

- Твои чувства, он ответил на них взаимностью?

Тишина.

- Скажи мне что-нибудь, Клэр. Кто это?

Подошла совсем близко.

- Я его знаю?

- Да. Конечно. Он не ведает о том, что дорог мне, никто не одобрит этого. И оттого мне страшно, Рашель. Я борюсь с этим, хотела поговорить со служителем церкви, но он был настроен иронично. Мне проще было бы на французском языке. Я уверена, он знает его. Но делает вид… Не сложилось в тот день. Я не сказала всего.

- Ты всё рассказала аббату ди Верди?

- Нет. Не смогла.

- Клэр, ведь он всего на всего человек. Он не Бог. Отчего ты ему решилась рассказать, а мне не доверилась? Ведь я не предам. А он?

- А как же тайна исповеди?

- Не знаю. Не верю. Могу долго стоять у иконы, прося ответы у всевышнего, но не могу довериться чужому человеку. Даже на исповеди, не учили нас с тобой этому на том берегу. Вспомни, учили другому.