***

Наш разговор в тот день, он в самом главном своём вопросе остался без ответа. Мир вокруг нас с сестрой напоминал сложную мозаику, где многие детали казались потеряны, и мы, словно игроки - неудачники, пытались собрать картину, которая внезапно рассыпалась на куски.

Почему так сложно заглянуть в душу друг другу? Понять прежде всего себя? Почему некоторые моменты кажутся вечно неразрешёнными? Они ускользают, оставляя лёгкий налёт горечи. Вопросы без ответов, как бродяги, прокладывают свой путь по нашим мыслям, создавая неясные образы и параллели.

Но в одном я была уверена - сестра не врёт. Она старается, боясь того чувства, что случилось с ней. Клэр все эти дни была у меня на глазах, она не хотела оставаться одна в комнатах, ища моего общества. Передать ей нечто, а тем более записку было сложно. И вот в библиотеке, видя мою склонённую голову, понимая, что я занята, горничная наконец-то решилась.

Сестра не брала письмо, хотя я понимала, что она видит протянутую к ней руку темноволосой и слегка коренастой девушки. Побледневшая Клэр, просто сидела мраморным изваянием и молчала. Она смотрела в никуда, проигрывая все возможные ситуации в своей голове. Я знала это её состояние.

В моём представлении этот сюжет был неразрешимый.

«- она не возьмёт записку, её не переделать; помня историю Шарлотты де Монморанси, виконтесса Клэр д' Люмьер будет очень осторожна, я уверена в этом на сто процентов. Она боится шантажа, господи, но кто может ей угрожать»?

Не вмешивалась наблюдая.

А затем я услышала голос сестры, который, очень холодно произнёс, что с этого дня горничная свободна от своих обязанностей и может посвятить себя иным делам в близлежащем городе.

Сестра больше не нуждается в её услугах.

«- да что происходит, чёрт возьми в этом доме»?

«- нигде покоя нет».

Тихий лепет девушки и скорые шаги, они унесли фигурку прислуги из библиотеки. Повернувшись в кресле, я впилась взглядом в сестру, уже не задавая ей вопросов. Ждала, с глубоким убеждением, что я имею право знать.

- Ты видела письмо?

Можно было подумать, что её душа тихо рыдала в этот момент.

- Да в отражении зеркала, я не подглядывала, просто подняла голову, услышав, как кто-то вошёл. Клэр, ты только скажи мне, а вернее, нам всем. Не опоздай, обозначь тот момент, когда нам нужно будет вновь удариться в бега, бросая всё на обжитом месте. Поверь в нас. Мы всё поймём.

- Ты не понимаешь, Рашель. Он пишет мне: - я не принимаю его письма. Не нужно в бега. Я просто допустила огромную ошибку, и очень дорогой для меня, для всех нас человек, он может пострадать.