— И что такого в том первом месте? — спросил я, хотя внутри уже начало складываться понимание ответа.

Женщина посмотрела на меня с легким превосходством, будто объясняла прописные истины ребенку. Но в ее положении — с лезвием у горла — это превосходство смотрелось странно, даже жалко.

— Награда, — сказала она. — Каждый год за первое место в волости дают приз. Оружие Духа, эликсиры высшего уровня, личные наставления от магов Круга. Всегда что-то невероятно ценное. Катерине это нужно для дальнейшего роста.

Я замер, обдумывая услышанное. Изначально планировал на экзаменах не выделяться. Просто поступить, получить доступ к библиотекам, к ресурсам, к информации. Собственно, добраться до Вязьмы, где были и банк с моим наследством, и таинственный автор «Практики жизни». Но если за первое место дают такое…

Даже если приз окажется бесполезен для меня — как эликсиры, которые мне не нужны, или наставления, которые мне не помогут, потому что я иду другим путем, — его, скорее всего, можно будет продать. Выручить сумму, на которую реально купить, например, Камень Духа Зверя. А Камень Духа — это ресурс, который может двинуть меня вперед. Очень далеко вперед. Может быть, даже до пика Костей, если повезет.

Мысль была заманчивой. Но думать ее дальше сейчас точно не время. Сначала надо решить, что делать с этой женщиной. Я тряхнул головой, отгоняя лишнее, и вернулся к текущему моменту.

Посмотрел на нее. Она лежала смирно, только грудь тяжело вздымалась. Глаза следили за мной настороженно, но без прежней злобы. В них читалась усталость — физическая и моральная. Проигрыш, унижение, осознание, что она в моей власти.

Я прикинул варианты. Убивать? Она выполняла приказ. Защищала свою подопечную, делала то, что должна была. К тому же их вынудили быть настолько бдительными. Да и Катерина показалась мне нормальным человеком.

Правда, я не знал, была ли она в курсе того, что эта женщина должна меня убить. Если да, то ее цинизму, наоборот, можно ставить памятник. А кстати, что мешает узнать?

— Катерина в курсе того, что ты меня караулила?

— Нет. Когда мы нашли твой лагерь и она рассказала, как вы встретились, мы обыскали все и ушли. Против обыска она не возражала, но глава отряда, да и я, были уверены, что будет против того, чтобы мы тебя допрашивали.

Вот и ответ. Может, конечно, она соврала, чтобы выставить свою госпожу в лучшем свете и, как следствие, разжалобить меня. Это не исключено, ведь и ей самой должно быть понятно, что дело идет к развязке и сейчас у меня в голове решается ее судьба.

Но такие сложные конструкции я решил не возводить. Пока этому нет каких-то серьезных доказательств, не стоит искать второе и третье дно, особенно если это может привести к еще бо́льшим проблемам.