Больше всего мне хотелось, чтобы она сказала, как сильно меня любит, но я понимал: эти слова только всё испортят. Я отбросил эти мысли и сосредоточился на тёплых, страстных глазах Серы.

— Возьми меня в горло, — сказал я. — Сделай так, чтобы я поместился. Даже если придётся растянуться через силу.

Она облизнула губы, на её лице промелькнула неуверенность, но я не собирался забирать свои слова назад. Ей потребовалось мгновение, чтобы примириться с моим требованием, и она кивнула, улыбнувшись.

— Я сделаю всё, что смогу. Хотя я, скорее всего, буду задыхаться.

— Да. Я хочу видеть, как у тебя по подбородку текут слюни, пока ты будешь стараться ради меня.

Её глаза расширились, она заёрзала, и её бёдра качнулись в непроизвольном танце. В моём ядре потеплело. Ей это понравилось, даже если она не призналась об этом вслух.

— Хочешь, чтобы я разделась?

— Нет. Я сам это сделаю. Ты ведь мой подарок на день рождения, в конце концов. Я хочу тебя развернуть.

Она всегда раздевалась очень быстро, словно ей не терпелось впустить меня в себя, и мне это нравилось, но сегодня она позволила мне не спешить. Я стянул с неё топ и принялся играть с сосками через мягкую ткань лифчика. Её дыхание сбилось, и она бросила на меня слегка раздражённый взгляд.

— Дин, это ведь я должна доставлять тебе удовольствие.

— И ты это делаешь. Ну же. Позволь мне немного помучить тебя.

Её плечи опустились, она сдалась, и я провёл ладонями по её бокам, сжимая грудь и записывая каждое мгновение. Когда я стянул шорты и трусики по её загорелым ногам, я обнаружил, что она уже совсем промокла. Она переминалась с ноги на ногу, кусая губы, а я расстегнул её лифчик и отступил на шаг, чтобы закрепить свой большой красный член. Раздался щелчок, сенсоры удовольствия синхронизировались, и я снял свой ошейник.

— Растяни это удовольствие. Это мой первый день рождения, он должен быть особенным. И даже если я не буду реагировать, знай — мне это нравится.

Я стоял, а она подтащила низкий стол, который мы обычно использовали для этого, и опустилась на него на колени, глядя на меня с упоительной покорностью. Её глаза блестели, а кожа покраснела от возбуждения. Я осознал, что ей это нравится так же сильно, как и мне, и от этого всё становилось только лучше.

— Готов?

Она не стала ждать ответа: её губы уже прильнули к самой головке. Я замер, погрузившись в ощущения, а она не скупилась на медленное, исполненное нежности внимание. Её язык обводил меня тщательными, ленивыми кругами, а ладони скользили вверх по стволу, лаская бедро. Я не заставлял себя проявлять эмоции, но внимательно наблюдал за ней, чтобы убедиться, что моё молчание её не ранит.