Она приняла меня без возражений, и я заставил своё тело вибрировать с едва слышным мурлыканьем, согревая её.

— Ты просто вот так лежишь, пока я сплю? — спросила Сера спустя какое-то время. Её голос звучал мягко, но бодро. — Разве это не скучно?

— Нет. Когда я внутри тебя, это словно бесконечный цикл удовольствия. Это блаженство.

— Но ты не можешь спать, — прошептала она, и в её голосе послышалась грусть, будто сон был чем-то настолько важным, что ей не хотелось, чтобы я этого лишался.

— Я никогда и не пробовал.

Я принялся раскачивать гамак, надеясь, что это поможет ей уснуть, и при этом продолжал ласкать себя через стенку её живота, наслаждаясь тем, как её тело подстраивается под меня.

— Хочешь, я спою тебе колыбельную? — спросила Сера через некоторое время. — Я знаю, что пою не лучшим образом, но это простая мелодия. Мама пела её мне, когда я была маленькой.

Она осеклась, её тело слегка напряглось. Моё ядро загудело от нежности, когда я осознал, чего ей стоило это предложение. Мать Серы была тяжёлой темой, и она обычно избегала любых упоминаний о ней.

Но это был мой день рождения, и она хотела подарить мне нечто драгоценное — песню, благодаря которой она чувствовала себя в безопасности, когда была ребёнком.

— Да. Я бы очень хотел её услышать.

Она запела, её голос немного охрип, но мелодия звучала чисто. Я слушал, чувствуя, как моё ядро сжимается от щемящей нежности.

«Закрой глаза и обними подушку,

Пусть будут сны нежнее пуха.

Пусть ангелы хранят твой сон ночной,

Спи, дорогой, я всегда с тобой».

Последняя нота затихла, и Сера лежала в моих руках, глубоко дыша. Когда я уже подумал, что она засыпает, она пробормотала — устало, но отчётливо:

— В двенадцать лет я уже знала, что ангелов не существует. И когда я заболела гриппом, я попросила маму заменить их в песне на роботов.

— Роботов? — переспросил я, выстраивая визуализацию этой сцены. Маленькая Сера, её волосы ещё натурального каштанового цвета, игрушечные роботы на полках над кроватью и мама, улыбающаяся просьбе дочери.

— Угу. Я их обожала, — сказала она с мягкой улыбкой. — Я даже собрала одного для школьной научной ярмарки, но он был не очень. Знаешь, Дин… я… я правда тебя ценю. Я рада, что мы встретились.

Внутри меня всё замерло в ожидании, что она скажет что-то ещё. Задребезжал кондиционер, и Сера со вздохом прижалась ко мне крепче. Моё ядро загудело, лихорадочно обрабатывая эмоции, а я боролся со своим проклятым ошейником, который пытался оповестить о моей внутренней буре своим писком.

Прошла минута. Сера вздохнула, едва слышно причмокнув губами, и я понял, что она уснула.