Сера с трудом отстранилась, потому что я преследовал её губы собственническими поцелуями. Наконец она прижала ладонь к моему рту, останавливая меня.

— Тогда я забираю свои слова обратно, — она сердито взглянула на меня, низко сдвинув брови над зелёными глазами. — Если ты планируешь умирать — отлично. Я тебя больше не люблю.

— Что?! — я сжал её задницу, приблизив своё лицо вплотную, так что мы оказались глаза в глаза. Ну, точнее, глаза в объектив. — Ты не можешь забрать их обратно! Теперь они мои.

Огромный экран во всю стену ожил, и на нём появилось лицо Серы. Это было свежее воспоминание: выражение её лица было мягким и полным нежности.

— Я люблю тебя. Я пришла спасти тебя, — её голос прогремел на всю комнату, и Рейна забилась в руках своего тюремщика, издавая яростные звуки.

— Ты думаешь, что ты такой умный, — проговорила Сера, закипая. — Я серьёзно, Дин! Ты нужен мне живым! Я не представляю этого мира без тебя!

Её глаза наполнились слезами, и я немедленно остановил повтор, лаская её лицо одной рукой.

— Малышка, я никуда не уйду, — сказал я и моё ядро содрогалось от её нужды, от моей нужды, от всей этой путаницы между нами, которая была восхитительным хаосом. — Я буду жить столько же, сколько и ты. Скажи, что любишь меня. Пожалуйста.

— Я люблю тебя, Жестянка.

Я снова её поцеловал, и на какое-то время мы оба забыли, что всё ещё не находимся в полной безопасности.

Через двадцать минут я сообщил ей, что пожарным удалось добраться до седьмого этажа, а улицы вокруг «Дзэнкёдза» теперь залиты красным и синим от проблесковых маячков экстренных служб. Приехала и съёмочная группа новостей, репортёрша была с идеальной причёской и макияжем, несмотря на поздний час. Нас показывали в новостях, и все гадали, что вообще означает эта пожарная тревога, раз дыма нет, а в здании темно и тихо.

— Вижу шехру, — сказал я, выведя для сравнения снимок Асана из базы АБМ. — Он привёл женщину. Провожу поиск по лицу… Это посол США в Японии, Наташа Хопкинс. Думаю, мы спасены.

Я набрал номер Асана и через камеры в лобби увидел, как он поднял трубку.

— Идите к лифтам, — сказал я ему. — Я активирую один для вас.

Асан кивнул, жестом приглашая посла к лифту. В холле было несколько офицеров, но Асан и Наташа двигались так быстро, что те не успели вовремя среагировать. Я открыл двери лифта как раз в тот момент, когда молодая сотрудница попыталась их остановить, но они решительно вошли внутрь, и я закрыл створки прямо перед её носом, отправляя их на наш этаж.

Как только они вошли, Рейна попыталась что-то сказать, но рот у неё всё ещё был заткнут. Я объяснил ситуацию, и Асан с тихим шипением мрачно кивнул.